Если твой босс... монстр!

И его тигрейшество Мура, несмотря на все возражения, упорно продолжала называть моим. Так и поверить можно.

Хм… А что, если я действительно оказалась бы парой Марвелла? Он, конечно, хорош, тут не поспоришь, но характер сложный, непредсказуемый, властный опять же, а я, с некоторых пор, стала менее терпима к подобным вещам. С другой стороны, превратись он в покорного ягненка, было бы еще хуже.

Черт… Что за мысли в голову лезут? С какой стати я вдруг об этом задумалась? Да и вообще, для того, чтобы серьезно рассматривать кандидатуру лорда директора на роль возлюбленного, я его пока слишком плохо знаю.

— Готова? — осведомилась Мура.

— Д-да, — подтвердила, поколебавшись, и таинство продолжилось.

Руке стало тепло, потом горячо и, наконец, ее запекло так, что почудилось, будто плавится кожа.

— Больно, — зашипела я, лишь чудом удержав ладонь на месте.

— Терпи. Чай не невинности лишаю, — огрызнулась подельница. — Сейчас еще крови немного выкачаю, чтобы родовой дар признал, что ты потомственная Эш, и станет легче.

В палец тут же впилось что-то острое, словно из книжных страниц вырос шип. На мгновение сияние стало ярче, а затем начало медленно тускнеть. Вместе со светом уходили и неприятные ощущения.

— Потомственная кто? — с некоторым опозданием переспросила я.

— Не бери в голову. Придет срок, узнаешь. Лучше держись за меня крепче. Желательно обеими руками.

Я схватила книгу так, будто век не читала, а тут дорвалась. И правильно сделала, потому что из фолианта вдруг подул такой ветер, что ноги сами оторвались от пола. Мини-ураган налетел, пронизывая насквозь, — и я ощутила, что вместе с ним в меня вливается что-то очень сильное, древнее, без чего я раньше спокойно существовала, а вот теперь, узнав и почувствовав, больше уже не смогу жить.

Вскоре все стихло, книга захлопнулась, а я упала на пол, при этом больно ударившись коленкой.

— Да пребудет с вами сила, — скептически хмыкнула, потирая ушибленную конечность.

— Не пребудет, а пребывает. Она уже в тебе, девонька, — радостно поправили меня.

— Допустим… И что, теперь мы сможем узнать, кто и за что убил эльфа?

— Сможем, как не смочь. Доставай нить, намотай ее на палец, да читай обрядовое заклинание. Вот это, что тут написано. А самое главное, не забывай представлять желаемый результат.

— Желаемый? Это как? А если мне хочется, чтобы эльф не умирал? Это ведь невозможно.

— Невозможно, — согласилась Мура. — Но в свое время, когда дух убиенного будет лояльно к тебе настроен, он сам придет и все про смерть свою обскажет.

— Не сразу, значит? — погрустнела я.

— Основная ошибка некромантов в том, Евушка, что они сведения насильственными методами получают, а смерть… Она уважения к себе требует. Ведьмы же никогда супротив природы не идут.