Если твой босс... монстр!

Кирстен помнил об этом и старался, чтобы Ева с первого дня всегда сопровождала его. Сегодня он тоже взял ее с собою и не прогадал — без нового стажера так быстро и легко тайник обнаружить бы не удалось.

Только одного Марвелл не учел, что Фами заподозрит именно Еву. Вряд ли она вот так, с ходу, «вычислила» в девушке ведьму, но то, как на нее смотрела, что читалось в ее взгляде…

Он еле сдержал тигра, пришедшего в неистовство от мысли, что его паре угрожает опасность, а потенциальный обидчик тут… рядом… совсем близко. Да Кир и сам тогда с трудом разжал руки, буквально заставив себя выпустить Еву из объятий.

И сейчас, наблюдая за ней, за тем, как она пьет, размышляет о чем-то, хмурится и улыбается, он еще раз поклялся, как можно быстрее во всем разобраться. А пока… Пока Кирстен глаз с нее не спустит, не позволит никому даже пальцем прикоснуться к юной ведьме.

Своей ведьме…

— Я все.

Ева сделала последний глоток, отставила чашку и, не скрывая нетерпения, повернулась к Марвеллу.

— Как себя чувствуешь? Лучше? Отлично. — О чем бы он ни думал до этого, голос оставался по-прежнему твердым и уверенным. — Тогда звони. Вот телефон.

Он протянул девушке мобильник и, поднявшись, отошел к окну, чтобы не мешать.___Друзья! Сегодня у меня, Алисы Ардовой, действует скидка на все продаваемые на портале книги. Кто хотел их приобрести, может сделать это по выгодной цене.

Глава 16

Я взяла смартфон, и лорд директор, отпуская его, мягко, почти невесомо скользнул пальцами по моей ладони. Будто погладил. Было тепло от чая, от заботы Кирстена, от коротких, горячих взглядов, которые он то и дело бросал на меня.

Очень хотелось позвонить маме, поговорить, рассказать обо всем. За несколько дней, проведенных в Мидгарде, я словно целую жизнь без нее прожила. Обычно вечерами, когда мама не дежурила, мы собирались на кухне, за чаем и делились планами, мыслями, обсуждали все, что произошло за день. Я никогда ее не обманывала. Конечно, случалось, кое-что недоговаривала, как про нашу с Артуром непримиримую вражду, но и о ней мама все равно знала — пусть только в самых общих чертах.

— Ты ему нравишься, дочь, — вздыхала она. — Не смейся. Он просто не знает, как к тебе подступиться, вот и причиняет боль, чтобы ослабить. Есть такие мужчины, для которых жизнь — одна большая схватка, и в ней любой ценой необходимо одержать победу. Чем старше они становятся, тем серьезнее противники, и тем дольше приходится их выматывать, чтобы потом положить на обе лопатки, подчинить.

Я только недоверчиво хмыкала в ответ.

Может, Верле, конечно, планировал положить меня на лопатки, но так, чтобы никто не знал и не видел. Если я ему и нравилась, то он, скорее всего, стыдился своих чувств и всячески пытался от них избавиться.