Если твой босс... монстр!

Причем, обе половинки по-разному относились к сложившейся ситуации и желали совершенно противоположного.

Одна, жительница Земли, тихоня и отличница Евдокия Воронцова, никогда не любила открытых конфликтов, поэтому сейчас переживала и безоговорочно осуждала и потомка магов, и молодого дракона. Другая же, недавно рожденная здесь, в чужом мире, Ева Эш, отважная, решительная, рисковая, с азартом наблюдала за стычкой. Не просто наблюдала — черпала из конфликта энергию, смаковала, как изысканное лакомство. Если дать ей волю, она бы и ставки делала, как ни цинично это звучало.

И самое главное, эти две реки — тихая, спокойная вода и бурлящий горный поток — теперь текли по одному руслу и как-то уживались внутри меня. И даже, как ни удивительно, практически не враждовали между собой.

— То ли еще будет, Евушка, — тихо произнесла Мура.

— Будет и будет, — мысленно ответила ей. — Вот когда случится, тогда и стану думать, что с этим делать. Главное, чтобы вообще что-то было.

А ссора набирала обороты. Началась она с меня, но теперь соперники перешли к вражде кланов — судя по всему давней и затяжной, — и это не очень понравилось моей внутренней ведьме, поскольку отвлекало внимание от ее персоны.

— Прежде, чем планировать большую игру, Артурчик, научись сдерживать свои чувства. Эмоции выдают тебя с головой, все на лице написано. Ты, как открытая книга, для того, кто привык обводить магов вокруг когтя. Для того, кто умеет считывать колебания магического фона. Для того, кто сам магия! — рычал дракон.

— А ты о моем лице не беспокойся. Свое побереги, — не сдавался Верле. — И запомни, магия имеет свойство меняться, угасать, даже исчезать, если ее не подпитывать. Сидите в своих пустых горах, вот и оставайтесь там. Но диктовать, как жить тем, кто камням предпочитает равнину, не смейте. Никто вам этого не позволит. И у «серых» найдутся слабые места.

Артура просто распирало от гнева, а дракон сочился ядом — чтобы это понять, даже ведьминское чутье не требовалось. И мне внезапно стало неприятно. Причем, сразу двум моим половинкам.

— Я вам не мешаю? — поинтересовалась тихо и не узнала свой голос. Так холодно он звучал. — Запомните, мальчики, мне неприятно быть пешкой в чьей-то игре или разменной монетой в старой вражде. Ключевой фигурой становиться тоже не стремлюсь. Так что, держитесь от меня подальше.

Сделала шаг вперед, парни растерянно расступились и остались за спиной, а я направилась к двери.

— Ева… — окликнули меня через секунду. Кажется, оба.

— Я сказала все, что хотела, — ответила, не оборачиваясь, и поспешила к выходу.

Наташка права, опаздывать на занятие некрасиво."

"В зал я вбежала почти перед самым началом. Медитацию вела дама немолодая, но очень стройная, подвижная, со следами былой красоты на лице.