Если желания не сбудутся

 — Милош взял Симу за руку и крепко сжал. — У тебя в жизни будет совсем другой мужчина, и ты будешь его любить и уважать, но сейчас тебе надо просто переболеть. Первая любовь не настигла тебя в юности, потому что ни твое детство, ни юность нельзя назвать нормальными, ты боролась за выживание, в одиночку. Это накладывает отпечаток на человека, а на девушку типа тебя — и подавно. И, конечно, тебе горько, больно и стыдно, что ты полюбила человека, который тебе не годится не потому, что он неподходящий человек, а потому, что у него семья и сложные отношения с женщинами. И ты это переживешь, перетерпишь и не дашь ему понять, что ты чувствуешь к нему. И в этом я тебя понимаю и целиком на твоей стороне. Просто когда ты встретишь своего человека, не оттолкни его по глупости, счастье — хрупкая вещь, с ним нужна осторожность.

— Я не…

Сима и сама не ожидала такого разговора. И она устыдилась своего удивления, потому что понимает его природу: она не ожидала от цыганского парня таких слов. Вот от человека своей нации она бы выслушала подобные слова совершенно спокойно, с чувством, что ничего странного не происходит, но то, что цыган Милош говорит ей это, ей странно. Так, словно она вдруг услышала доказательство теоремы Ферма от зулуса в саванне.

Она не считала его равным себе и даже не подозревала об этом, пока это не стало так очевидно! Подсознательно она не считала его таким же человеком, как она сама!

И когда Сима поймала себя на этом, ей стало так стыдно, как никогда в жизни.

Она подняла взгляд на Милоша — его глаза смеются. Конечно же, он все понял.

— Чтобы подсластить пилюлю и немного починить твой разорвавшийся шаблон, скажу сразу: я учусь на факультете психологии. — Милош засмеялся. — Ну, а некоторые дополнительные способности, которыми наградили меня боги, помогают мне. Так что твой когнитивный диссонанс небезоснователен, но, по большому счету, произрастает из бытовой ксенофобии, которой наше общество заражено почти стопроцентно, в той или иной степени, причем основной частью общества это даже не осознается. Ведь и ты этого ранее за собой не замечала, пока я не принялся вести речи, которых ты не ожидала от меня просто потому, что я цыган.

— Милош, я…

— Иди спать, сестренка. — Милош потрепал ее по руке. — С посудой я сам управлюсь и тоже завалюсь спать. Мы тут с отцом и братьями думаем, где устроить тебе комнату, не будешь же ты постоянно с Танюшкой в одной кровати спать…

Сима вдруг почувствовала, как слезы подступили к глазам, а в горле застрял ком. И она ушла, чтоб не выглядеть окончательной дурой, и роняла слезы всю дорогу, пока не споткнулась в полутьме о пушистое мягкое тельце.