Если наступит завтра

Судья! Ради Бога, вытащите меня отсюда!

– Я делаю все, что могу, – заверил его посол, пораженный видом Лоуренса. Две недели назад он встречал судью и других членов комитета судебного права. Тот Генри Лоуренс ничуть не походил на этого забитого, съежившегося от страха человека.

«Что русские имеют против него? – недоумевал посол. – Судья Лоуренс такой же шпион, как я. – Посол криво усмехнулся и оборвал себя: – Мог бы придумать пример получше».

Он потребовал встречи с Президентом Политбюро[30] и, когда ему в этом отказали, добился аудиенции у одного из министров.

– Я заявляю официальный протест! – сердито начал посол. – Поведение вашей страны в отношении судьи Лоуренса не имеет никаких оправданий. Человека его положения смешно называть шпионом!

– Вы все сказали? – холодно осведомился министр. – В таком случае взгляните вот на это. – Он подал послу копии телеграмм.

Посол прочитал текст и удивленно поднял глаза.

– Что в них такого? Они вполне невинны.

– Вы так считаете? Тогда извольте ознакомиться с этим. – Министр протянул послу расшифрованный вариант телеграмм. В тексте было подчеркнуто каждое четвертое слово:

«Информируем, что следующая встреча комитета судебного права назначена. Сообщите удобную дату согласно своему расписанию и договоренности.

Самолет сестры опоздал. Планы нарушены, но пассажиры прибыли. Утеряны паспорт и деньги. Сегодня вашу сестру поместят на время в первоклассный швейцарский отель. Не беспокойтесь, счет оплатите позже.

Теперь вашей сестре необходимо как можно скорее получить временный документ. Передам информацию, как только смогу. О новом паспорте узнаю в русском консульстве. Отправлю на корабле».

«Черт меня побери!» – подумал посол.

Журналистов и публику на процесс не допустили. Осужденный упорно отпирался, утверждая, что прибыл в СССР не в целях шпионажа. Суд обещал снисхождение, если он назовет своих боссов. Генри Лоуренс заложил бы душу, только бы что-нибудь сказать, но он никого не знал.

После суда в «Правде» появилась короткая заметка о том, что разоблачен известный американский шпион. Осужден на четырнадцать лет и отправлен в Сибирь в трудовой исправительный лагерь.

Дело судьи Лоуренса поставило в тупик американские разведывательные круги. В кулуарах ЦРУ, ФБР, Секретной службы[31] и министерства финансов носились разные слухи.

– Он не из наших, – говорили в ЦРУ. – Наверное, из финансов.

В министерстве финансов отрицали всякую причастность к делу судьи Генри Лоуренса.

– Этот тип не из нашей конторы. Не иначе долбаное ФБР опять сует свой нос на чужую территорию.

– Никогда о таком не слыхивали, – открещивались в ФБР. – Поинтересуйтесь в администрации и разведывательном управлении.