Миллер. Спрячься, если сможешь

Хоть мне и было стыдно за моё любопытство, однако, он мог причинить ей боль. Или же быть с ней в отношениях, дабы напакостничать мне.

Никто не знает его истинные намерения.

— Спасибо, что не сбросил меня там, на холме. — стоя на улице, говорю я Рику в открытое окно.

— Но я сделаю это, ты знаешь. — многозначительная улыбка и Рик заводит мотор.

Снова одна, посреди улицы. Картинка прояснялась, все друзья Мёрфи против меня, они ревнуют. Безумно ревнуют его ко мне, а ведь я даже еще не начала показывать свою влюбленность.

Сейчас самое время, нельзя сдаваться. Не я начала эту игру, но я её закончу.

Глава 21. Перерождение

Миллер

Когда люди любят, они становятся слабыми, уязвимыми. Добрый человек — это тот человек, которого будут гнобить, подшучивать над ним и в конечном итоге добивают, не оставляя шанса выжить. И тогда на смену приходит нечто страшное, темное, загадочное. То, что никогда и никто не видел.

Злость. Агрессия. Ярость.

Я всю неделю осуждал себя за всё то, что сделал, винил своего внутреннего ребенка за то, что он не справился с травлей и исчез, дал волю всепоглощающему зверю.

— Ты снова уедешь? Оставишь меня одного? — смотрел на меня пугливыми глазами мой младший брат.

— Малыш, я приезжаю к тебе сразу же, как могу.

Я сел перед ним на корточки, взяв маленькие ручки в свои, поцеловав их. Он напоминал мне меня в детстве. Такой же наивный, такой же влюбленный в этот злой мир.

— Возьми меня с собой. — в который раз говорил брат, когда я приезжал к нему.

— Билли, мы уже обсуждали это с тобой.

Глаза шестилетнего ребенка наполняются слезами, а моё сердце обливается кровью. Теперь я причиняю боль почти каждому, сам того не замечая.

— Послушай, тебе сейчас лучше пожить с дядей. — сажусь к нему на кровать, прижав к себе. — Понимаешь, у взрослых иногда случаются такие проблемы, в которые они не хотят впутывать своих близких. — я солгал. Я бы очень хотел впутать в свои проблемы близкого мне человека — Эми. — И поэтому вытри слезы, хорошо учись и жди меня.

— Дядя говорит, что мы очень похожи с тобой. — и это правда. Моя копия сейчас смотрит на меня.

— Наш дядя не мог соврать. — я пальцем вздернул носик Билли, и тот наконец улыбнулся.

— Я хочу быть таким, как ты. Взрослым. — брат встал с кровати, выпрямившись во весь рост, демонстрируя свою готовность ко взрослой жизни.

По венам неприятно растеклись его слова, я почувствовал жжение внутри. Никогда бы не пожелал ему быть мной. Только не мной.

— Станешь и будешь даже лучше, чем я.

В комнату зашел наш дядя, согласившейся помочь мне с братом после той ужасной ночи.

Когда мои родители попали в аварию, я долго не мог поверить в это. Отца мне было не жалко, он выплескивал свою злость на меня, срывался, и я часто видел пустые бутылки из-под виски на его письменном столе.