Если бы меня спросили

— И отлично поработали. Вы — лучшие! С богом!

В ночь старта продаж Вадим с чистой совестью лёг спать: Ирина Лебедева его лайкнула.

А на следующее утро проснулся знаменитым.

Не настолько, конечно, чтобы почивать на лаврах — это был не первый его миллион. Но первая сотня — это уже планочка, поднятая повыше.

В офисе царила эйфория. Все были довольны и счастливы. Инвесторы в экстазе. Телефоны звонили не переставая. Но Вадим ответил только адвокату.

— В этот раз Нора явилась на заседание? — улыбнулся он, представив, как та сейчас кусает локти, следя за новостной строкой. Не каждый день бросаешь парня, который зарабатывает по сто миллионов долларов за ночь. Она поставила не на того. Она, чёрт побери, совершила самую большую ошибку в своей жизни. Для женщины, заточенной остро, как карандаш, на успех — это был полный провал.

— Явилась, — ответил адвокат. — И мы проиграли.

— Ну пусть наслаждается, — усмехнулся Вадим.

— Будем подавать апелляцию?

— Да ну! — хмыкнул он. — Пусть хоть это её утешит.

Он попрощался с адвокатом. Заказал банкет. На нём поблагодарил всех за отличную работу и поехал в аэропорт."

"Можно без преувеличения сказать, что он покорил полмира, но одну-единственную девчонку так и не смог.

«Чёрт тебя подери, Ира!» — смотрел он в самолёте на её фотографии и не знал, что делать.

Глава 13

61

— Не думала я, Лебедева, что ты такая, — расхаживала по кабинету Гордеева.

Бросив на стул сумку, из которой торчали батон, пучок лука и ещё какая-то снедь (путь подруги до Иркиной работы явно пролёг через Центральный рынок), она громко стучала каблуками.

Ирка рассматривала в окно желтеющие листья тополя, только что осознав, что лето почти закончилось. Она и не заметила, как в июне пролетел пух, как стремительно пронёсся июль в делах, заботах, поездках, и вот уже — здравствуйте! — господин август и тот ползёт к середине.

Воскресенский-старший был где-то в суде, Натэллка где-то с водителем в разъездах по хозяйственной части, офис в принципе опустел, словно не только большинство сотрудников были в отпусках, но и клиенты не торопились устраивать тяжбы, отдыхали, набирались сил.

В общем, Гордеева могла орать сколько угодно — никто, кроме Ирки, её всё равно не слышал.

Хотя ни одной причины устраивать истерику Ирка не видела.

Она про Гордееву и забыла, они, можно сказать, с весны не виделись. Не до неё Ирке было. А тут вчера шли с мамой от доктора по Карла Маркса (как Ирка обещала, что одну её не отпустит, так и ходила с мамой третий раз на приём), шли в хорошем настроении: онкомаркеры отрицательные, анализы хорошие, Викторович обнадёжил, что основательно потрясёт Газпром. В общем, настроение у Ирки было замечательное и Гордеевой, что встретила их у ЦУМа, она даже обрадовалась.