Ещё один человек

Еще все же хорошо бы баньку, воды нагреть, помыться. Но это я все на ночь, после ужина. А перед ужином — подготовлюсь на завтра. С утра поеду

Еще раз проверил оружие, магазины, гранату…. Что такое, как-то … волнуюсь, что ли? Ладно… патроны обратно в рюкзак. Фальшфейеры — в мешок и туда же, а несколько — «жилетку», в карманы Половчее приладил в рюкзаке тесак. Прибрал туда же фонарик, и несколько упакованных респираторов — масок — надыбал их в раздевалке, пока искал всякое. А то как вспомню, как на лестнице мордой в труп тыкался… А ведь это пока еще в общем-то холодно. А летом что будет? Кстати — кроме маски — и очки защитные не помешают. Хотя — а как они под каской будут? Ну-ка, примерим все… Не, вроде, неплохо так. Надо еще пока время до ужина есть — все равно рано не засну, выдрыхся сегодня днем-то — так вот пока есть время, надо бы потренироваться-привыкнуть… Да что же меня так колбасит-то всего?! Прямо аж нервная дрожь какая-то. Как в детстве перед дракой, право слово. Не, надо успокоиться. Чайку выпить, что ли.

Горячий, крепкий чай. Даже с печеньем и джемом. От печки идет тепло, светит лампочка. Все хорошо, все в порядке. На диване лежат, подготовленные на завтра, рюкзак и ремень с подсумками, кобурой и ножом, рядом автомат. У меня все готово, все собрано, все в порядке. Во дворе Мухтар грызет чего-то, на табуретке дрыхнет черный, котенок чем-то играет под столом… все хорошо.

Отчего же мне так тревожно-то? Даже чай не греет — словно сквозняком тянет где-то по спине.

…Больше всего это было похоже на будильник. Или на таймер. Или на старый умывальник, где-нибудь на даче — из которого по капле вытекает вода, звонко щелкая об дно перевернутой консервной банки. Щелк. Секунда. Щелк. Еще одна. Щелк. С каждой секундой внутри пустеет, и все заполняет какой-то космический холод. Щелк. Сколько еще? Щелк. Мало. Щелк. Все меньше. Щелк. Еще меньше. Щелк. К той грани, после которой ничего изменить или остановить невозможно. Щелк. Вот на донышке. Щелк…. Щелк. Все. Пусто. Поздно. Время вышло.

Человек срывается с места, и хватает лежащий на диване ремень с амуницией, лихорадочно подпоясывается, надевает каску, очки… Я смотрю со стороны, хотя и изнутри его. Все, я вышел из него с последними секундами времени ДО. Не успев… не успев — чего…?

Звук моторов я чувствую за несколько секунд до того, как его слышу. Он возвращает меня в того человека, что только что суетился под моим бесстрастным наблюдением. Бьет мелкая дрожь, на мне ремень с подсумками, руки до побеления пальцев сжимают автомат, на голове каска. Звук моторов уже явственно слышен. Очнувшись от оцепенения, подхватываю на плечо рюкзак, и несусь на лестницу, к окну.

Они доехали гораздо быстрее, чем я ожидал — уже сворачивают с дороги.