Ещё один человек

е же припомню, не обижу…

Митрич еще долго распинался и суетился, но Даша особо его не слушала… Очень много чего надо бы обдумать, очень… Почти машинально помогла с телом Василия, даже очнулась и какие-то эмоции пошли когда уже практически загрузили. Коснулась уже холодной руки и только тогда накатило, передернулась… А вокруг пригревает солнышко, и какие-то пичуги опять скандалят в кустах. И скоро зазеленеет первая травка, набухнут и лопнут листьями почки на деревьях… Природе невдомек, что эта весна уже совсем не такая, как прежде, и таких как прежде — больше не будет… ну, или если и будут — то очень не скоро.

На повороте к Свирьстрою самый настоящий… нет, даже не блок-пост или там застава… настоящее укрепление — бункер из блоков, окопы, колючая проволока спиралями… Что-то тут неспокойно, и, хотя ни одного мертвяка не встретила — как-то… в воздухе напряжение есть. Митрич подъехал к шлагбауму первым, вылез, стал что-то объяснять, но судя по отмашке — уже все в курсе. Пропитого вида мент в кожанке и с несуразно болтающимся чуть ли не подмышкой автоматом подошел, буквально всунул опухшую рожу в кабину, и спросил документы. Получив их, взял, подержал, делая вид, что читает, и отдал обратно, выразив нечто служебносоответствующее, после чего вновь ушел в будку и выпал из реальности. Ну и славно, судя по всему — это тут типа мишки-талисмана — потому как Митрич общался с военными, и они-то и подняли шлагбаум.

Свирьстрой раньше был самым малочисленным поселком городского типа в области, но теперь население увеличилось почти вдвое, по словам Митрича, с тысячи до почти двух. Из них почти двести человек военных, и милиции немного, да охрана ГЭС. Но места всем хватало, тем более что военные частью жили в палатках. Дашу не слушая отговорок поселили в домике, где обустроились семьи Митрича и всех его компаньонов. Был проведен общий сбор всех семейных, и на нем Митрич живописал в красках, об эпической Битве у Сарая, где коварные враги едва не одолели, но храбрая воительница на огнедышащем драконе… ну, дракон ждал в укрытии, а воительница сама, лично, не только заборола врагов, но и даже в полон забрала! Почти без помощи довольно трусливых, надо сказать, и, несомненно, очень черствых душою военных. Которые даже не соизволили… впрочем, не о том! Так вот, воительница всех спасла, и даже раненый Павел Степаныч скоро поправится.