Ещё один человек

Часть псковских десантников, до последнего содлата прикрывавшие вывоз детей из школ, водитель троллейбуса, уже укушенный, три часа собирал людей по городу, распихивая своим динозавром пробки, и потом довез их до кольца, где ждали военные. Там и умер.

Поразил сюжет с камер наблюдения — пожилой охранник, явно жертвуя собой, вступил в драку с толпой упырей, давая возможность вырваться из офиса нескольким девушкам и женщинам. Видно было не важно, но его явно искусали. А он, не обращая внимания, забил всех упырей какой-то железякой и, шатаясь, ушел вглубь офиса…

Был полезная информация — я много узнал о зомби, как их называли, а так же об таких тварях, как Семеныч — их звали «морф». О собаках и кошках, о боязни воды, об «ускоренных», или как их называли — «шустерах», или просто «шустриках»

Было и хорошее — люди объединялись, в основном военные. За городами, огораживались и держались. Вот. Вот туда мы с Дашкой и отправимся. Надо ей позвонить. Все у нас будет нормально… я правда, не знаю как, но будет. Мы вырвемся. Мы выживем. И все будет хорошо. Никакие упыри, никакие нелюди нам не помешают. Все, не будет больше всякой дури. Ни пьянки, ни левых баб, ни лени и долбоебства. Я могу и сумею. Все получится. Старая жизнь кончилась — но мы начнем новую. Мы с ней…

Пискнула, придя, еще СМСка. О, ну, прям, здорово! Мы даже думаем вместе. Сейчас посмотрим…

Он проскочил в приоткрытую дверь. Раньше он часто бывал тут — и ловко спрятался за большим креслом. Конечно, если увидит, то несдобровать. Но ОНА вернулась, и не заметив его, прошла дальше.

Он бы голоден. Со вчера. С самого НАЧАЛА. Хотя вряд ли он мог бы точно выразить, что это было такое — начало. Просто БЫЛО. И стало — ДО и ПОСЛЕ. И он это просто чувствовал. Он был совсем молодой, если можно так выразиться. Но уже имел опыт. Причем опыт делился на опыт «до» и опыт «после».

И опыт подсказывал — ОНА опасна.

То, что это «она» подсказывал опыт «до». Сам он не очень понимал, что такое «она» или «он» — но вот У НИХ это есть. Но только пока они живы.

Опыт после протестовал — надо сохранить себя… но ГОЛОД толкал его вперед. Он еще не научился контролировать голод.

А этот запах… запах пищи… запах мяса. Шаг. Еще. Пока не очень уверенные — все же ему еще так мало времени — но плавные и тихие движения. Вот ее видно — она сидит у этого плоского зеркала, где мелькает что-то. Раньше тут тоже сидели, другие. Их было много, разных. Тогда тоже пахло едой? Наверное… Еда…

Еще два шага… Она вдруг стала возится с какой-то коробочкой… Отпрянув, он скрылся за косяком, замерев. Выглянул. Она закончила возиться, и вдруг опустила голову на руки, вздохнула.