Ещё один человек

— Да не секрет… У дома недалеко, на парковке заметил… У тэ-цэ, на Пионерке…

— На Пионерке? — на автомате спрашиваю я… а сам тупо пялюсь на номер… че-то… 6…2…8…МТ… где-то я его уже…

— Да, подъехал, смотрю — стоит, красавец. А водила внутри. Зомби. Не совсем простой. У машины несколько еще лежало, но упокоенные, с разбитыми бошками. А у мужика в ногах балонник такой, телескопический, валялся, тоже весь в кровище. Видно, он кого-то искал в тэ-цэ, внутри, наверное родню. Руки у него все искусаны были. Он еще — прикинь — себе в рот какие-то бумаги трубкой свернул и галстуком на затылок привязал, как кляп, а руки багажным жгутом резиновым стянул. Я просто дверь открыл — он и выпал. Ну я и упокоил, из ружья. Молодец, мужик. Жаль, похоже, не нашел кого искал. Или поздно нашел. Телефон еще на поясе все надрывался…

Я слышу его как сквозь вату… как издалека. Но слышу и понимаю каждое слово. Не отрываясь смотрю на водительское место, представляя…

— Ээээ! Паря! Ты чего?! Ээээ! — Семен Семеныч попятился, загораживаясь ружьем. Остальные моментально отреагировали, малец наставил на меня автомат, щелкнув чем-то, девушка выхватила несуразный пистолет… А мне было пофиг, я все смотрел. Семен Семеныч вдруг тихо выдохнул — Ох ты, господи…

— Тихо все! Сема, что такое? — осадил толстяк.

— Гоша… тут… Ой, бля… паря, ты не думай, чем хошь клянусь — так все и было…Он уже мертвый был, обратился уже…

— Опа, Сема, это ты ж что… Ох ты….

А я все смотрю на водительское сиденье. Кожа уже сильно потерта, сколько лет уже… Вон на подголовнике заклеенная рваная дыра — везли знакомых с дачи, кот вырвался из корзины. Как во сне, подхожу к открытой дверце, смотрю…. Глажу рукой по сиденью…

— Так, Сема, быстро — все вещи — ко мне. Быстро! — командует за спиной толстяк.

— Есть! — моментально откликается Сема, кидаясь к багажнику.

Я провожу ладонью по рулевому колесу… Конечно, мечтал я ездить на этой машине… Мечты иногда сбываются. Мимо, пыхтя, Сема тащит рюкзаки.

— Не надо! — почти кричу я. В один прыжок добираюсь до своей машины, и, почти не видя дороги сквозь слезы, рву с места.

Как я добрался домой и заснул, я не помню.

Даша всхлипнула, и внезапно разозлилась сама на себя. Ну как так можно! Прям, девочка двойку получила, расплакалась (вспомнила жуткий стресс — будучи почти отличницей в пятом классе непонятно как схлопотала «гуся» по русскому… вот так же ревела…). Да, хороша, него сказать.

Собралась, подумала. Можно, конечно, остановиться и переночевать прямо тут, в лодке — на якоре, посередине реки она в относительной безопасности… но — это ничуть не приблизит ее к цели.