Еще темнее

 – Пускай каждый из вас найдет, попросит, возьмет взаймы или украдет чек с самой большой суммой, какую вы можете себе позволить. Напишите на нем свое имя и положите внутрь конверта. Главы столов, пожалуйста, тщательно охраняйте эти конверты. Они понадобятся нам позже.

– Вот, держи. – Я даю Ане чек на сто долларов.

– Я потом тебе отдам, – шепчет она.

Лапушка.

Не хочу снова начинать спор. Просто ничего не говорю, потому что наши препирательства не останутся незамеченными. Протягиваю ей мою ручку «монблан», чтобы она написала на чеке свое имя.

Грейс подает знак двум слугам, стоящим возле передней стенки шатра. Они раздвигают полог, и взорам гостей предстает закат солнца над Сиэтлом и заливом Мейденбауэр. Вид великолепный, особенно в этот вечерний час. Я рад, что погода не подвела родителей.

Ана с восторгом смотрит на эту красоту.

Я тоже вижу все заново глазами Аны. На темнеющем небе ярко горит закат, вдали мерцают огни Сиэтла. Да. Изумительно.

Мне делается стыдно, что я увидел это глазами Аны. Много лет я принимал все как должное. Перевожу взгляд на родителей. Отец держит Грейс за руку, а она улыбается, слушая свою подругу. Как он смотрит на нее… как она смотрит на него.

Они любят друг друга.

До сих пор.

Я качаю головой. Не странно ли, что теперь я по-новому смотрю на своих приемных родителей? Я благодарен им за то, что они растили меня.

Мне повезло. Очень повезло.

К нашему столу подходят десять официантов с подносами. По безмолвному знаку они абсолютно синхронно подают нам закуски и исчезают. Ана смотрит на меня сквозь маску.

– Изголодалась?

– Ужасно, – отвечает она, и я вижу ее серьезные намерения.

Черт побери. Все прочие мысли улетучиваются, когда мое тело отзывается на ее откровенное утверждение. Я знаю, что она говорит не о закусках. Тут ей что-то говорит дед, и я ерзаю на стуле, пытаясь усмирить свое тело.

Все вкусно.

Но в родительском доме так всегда.

Здесь я никогда не оставался голодным.

Мои мысли удивляют меня, и я испытываю облегчение, когда Ланс, друг матери со времен колледжа, заводит со мной разговор о том, как в моей фирме идет разработка концепции Глобального экологического здоровья.

Я остро чувствую на себе взгляд Аны, когда мы с Лансом обсуждаем экономический аспект развития технологий в странах третьего мира.

– Вы не должны просто так предоставлять эти технологии! – хмурится Ланс.

– Почему же? В конечном итоге кто от этого выигрывает? Мы, человеческие существа, вынуждены делить ограниченное пространство и ресурсы на этой планете. Чем умнее мы станем, тем эффективнее будем их использовать.

– Вот уж не ожидал услышать от такого человека, как ты, слова про демократизацию технологий, – смеется Ланс.

Приятель. Ты не знаешь меня.