Еще темнее

Я обнимаю ее и завожу ее руки за спину.

– Это хорошая идея?

Гляжу в ее удивленные глаза. Они смягчаются, и она предлагает забыть про Флинна, высвобождает руку из хватки и нежно касается моей щеки.

– О чем ты беспокоишься?

– Что ты уйдешь.

– Кристиан, сколько раз тебе говорить: я никуда не собираюсь. Ты уже сказал мне самое страшное. Я не ухожу от тебя.

– Тогда почему ты мне не ответила?

– Не ответила? Тебе?

– Ана, ты знаешь, о чем я говорю.

Она вздыхает и хмурит брови.

– Кристиан, я хочу убедиться, что меня будет тебе достаточно. Вот и все.

– И ты не хочешь верить моим словам? – Я разжимаю объятия.

Когда она поймет, что она – это все, чего я когда-либо желал.

– Кристиан, все произошло так быстро, – говорит она. – А ты мне сам признался, что в тебе можно найти пятьдесят оттенков порочности. Я не могу дать тебе то, в чем ты нуждаешься. Это просто не по мне. Но из-за этого я ощущаю свою неадекватность, особенно после того, как увидела тебя рядом с Лейлой. Кто даст гарантию, что однажды ты не встретишь женщину, которой нравится делать то же, что и тебе? И кто даст гарантию, что ты не… ну… не польстишься на нее? На ту, которая больше удовлетворит твои потребности. – Она отворачивается и смотрит в сторону.

– У меня было несколько женщин, которым нравилось делать то же, что и я. Ни одна из них не нравилась мне так, как ты. У меня никогда не возникало эмоциональной связи ни с одной из них. Только с тобой, Ана.

– Потому что ты никогда не давал им шансов на это. Ты проводил слишком много времени, запертый в своей крепости. Ладно, давай поговорим об этом потом. Мне надо идти на работу. Может, доктор Флинн поможет нам что-то понять.

Она права. Зачем говорить об этом на автомобильной стоянке.

– Пойдем. – Я протягиваю ей руку, и мы вместе идем к зданию SIP.

Тейлор заезжает за мной на «Ауди», и мы едем в Грей-Хаус.

Я был заперт в своей крепости?

Пожалуй.

Смотрю в окно. Жители пригородов торопятся на работу, озабоченные будничными хлопотами. Здесь, на заднем сиденье автомобиля, я далек от всего. Всегда был далек. И в детстве, и потом, когда стал взрослым, я возвел вокруг себя стены собственной крепости.

Я боялся этого чувства.

Боялся чувствовать что-либо, кроме гнева.

Моего постоянного спутника.

Это она имеет в виду? Если да, то именно она дала мне ключ, чтобы я мог совершить побег. И все, что ее удерживает, – это мнение Флинна.

Может, выслушав то, что он скажет ей, она даст согласие.

Парень может надеяться.

На краткий момент я позволяю себе почувствовать, что такое настоящий оптимизм.

Это пугает.

Это может плохо кончиться. Опять.

Жужжит мой телефон. Это Ана.

– Анастейша. Все в порядке?

– Они только что предложили мне должность Джека – ну, временно, – выпаливает она без всякого вступления.