Ермак

 – Официально, причиной крушения признали нарушение режима движения поезда и несоответствующее содержание путей в том месте, где произошла катастрофа.

– Андрей Николаевич, я о расследовании Петра Александровича случайно узнал. Вошёл в кабинет к отцу, когда ему генерал докладывал. Вот и услышал. Один инженер-путеец рассчитал, что если взорвать небольшой заряд динамита на передней оси вагона, то картина получится идентичной той, которая и образовалась на месте крушения. И ещё не нашли помощника повара, который устроился в поезд незадолго до трагедии, – Николай повернулся в мою сторону. – Так что скажете по этому крушению, Тимофей Васильевич?

– Ваше императорское высочество, вот хоть убейте меня, но и здесь, по моему мнению, британские уши торчат. Слишком сильно государь император мешает британцам. В восемьдесят седьмом году в «Большой игре с Лондоном», как пишут в газетах, был подписан договор, по которому к России отошли значительные участки к югу от Пенде. Документ зафиксировал описание русско-афганской границы от реки Гери-Руде на западе до Амударьи на востоке. В этом моменте британцы нам проиграли, и мирные отношения с джентльменами висят на волоске. К тому же начинается борьба за Памир. Кроме того, подписанное в этом же году Англией, Австро-Венгрией и Италией так называемое Средиземноморское соглашение поставило своей целью воспрепятствовать осуществлению планов России в отношении проливов, а также расширению влияния Англии в Средиземном море и на северном побережье Африки, – я сделал паузу. – Очень тяжело достоверно оценить ту политическую обстановку, которая была в восемьдесят седьмом – восемьдесят восьмом годах. Но можно сказать одно, между Российской и Британской империей идёт дипломатическая война, которая в любой момент может вылиться в вооружённый конфликт. И Самодержец Всея Руси из-за своей неуступчивости в вопросах политики должен сойти со сцены и, возможно, вместе со всей семьей, что приведёт…

Закончить фразу я не успел, так как был резко прерван Николаем:

– Тимофей Васильевич, я надеюсь, вы этого не отразили в своём докладе?

– Никак нет, ваше императорское высочество, данное крушение как покушение я не рассматривал.

– И не надо. Перейдите к следующему, – цесаревич ободряюще, но с холодными глазами улыбнулся мне. А барон Корф, достав платок, начал вытирать свой вспотевший лоб.

– Ваше императорское высочество, два следующих покушения на вас имеют ярко выраженный японский след. Японский самурай-полицейский, японский стрелок с оптической винтовкой на острове. Телеграмма мне вашего отца с сообщением, что японский след подтверждается. Возможно, и вам он что-то сообщил, – я вопросительно посмотрел на цесаревича, но тот махнул мне рукой, чтобы я продолжал.