Ермак

А родной для меня РД-54, с которым я провоевал в Афгане, потом в Баку, Осетии, Нагорном Карабахе, Чечне, Грузии, также быстро прижился среди казаков станицы, особенно у тех, кто промышлял охотой. Удобно. Ременную систему с дополнительными отделениями внутрь рюкзака и РД, одна из переметных сумок на спине лошади. Спустился на землю, РД за лямки и на плечи, на груди застегнул карабин, изготовленный в станичной кузнице, и вперед.

В комплекте РД, который назвал «ранец диверсанта», я предусмотрел дополнительные отделения, которые крепятся отдельно на ремень. Одно отделение предназначено для саперной лопаты. Эх, МПЛ-50 или малая пехотная лопата длиной пятьдесят сантиметров, или «саперка», сколько солдатских жизней ты спасла! Это и шанцевый инструмент – окоп лежа за восемь-двенадцать минут отрыть, и топор, и отличное холодное оружие для рукопашного боя, и сковорода. В кузне станицы хоть и посмеялись, но одиннадцать лопат из хорошей стали сковали. А чего не сделать, если деньги за такую дурь платят! А черенки мы сами сделали.

На плечевой системе РД слева на уровне груди расположены отделения для метательных ножей, ниже подсумок для аптечки (бинты, марлевые тампоны, жгут, косынка). С правой стороны находятся два подсумка для патронов. Небольшой бурдюк с крепким, под семьдесят градусов самогоном двойного перегона, вместо антисептика кладется сверху в основное отделение рюкзака, которое закрывается на две пуговицы. Внутри рюкзака помещается сухпаек (сухари, сушеная рыба, соленое сало, крупы для кулеша) и необходимые для похода вещи. По бокам расположены отделения, закрывающиеся на пуговицы, там размещены бутыли из бересты или бурдюки с водой. А для еженедельных десятикилометровых марш-бросков в полной боевой, которые начали бегать с августа, в РД упаковывали мешок с песком как балласт-имитатор необходимого для похода в военных условиях груза. Сначала десять фунтов, потом двадцать, через год казачата лосями носились по лесу с общей нагрузкой в два пуда и больше.

Параллельно с физподготовкой и обучением общим предметам, занялся я еще и боевым слаживанием вверенных мне подчиненных. Вспоминая псковскую учебку, а особенно боевые действия в составе 459-й роты СпН в Афганистане, я разбил казачат на три тройки, а Ромку сделал своим заместителем. И теперь на всех занятиях и учебных выходах казачата этих «троек» и спали рядом, и ели, и на всех тренировках по боевой подготовке работали только совместно. Такие занятия через год позволили казачатам в тройках понимать друг друга с полувзгляда, жеста, знака. Именно так нас в свое время учил наш «батя», майор Керимбаев, и, думаю, те из нас, кто выжил в Афгане и дальнейшем лихолетии, очень ему за эту науку благодарны остались. Один в поле не воин.