Приключения Эраста Фандорина

Гликерия Романовна сегодня была особенно мила. Ей пришло в голову сразу два плана рыбниковского спасения: один уже поминавшийся, про жандармского генерала, и второй, который ей особенно нравился – устроить бегство за границу. Она увлеченно расписывала преимущества этой идеи, возвращалась к ней снова и снова, хотя он сразу сказал, что не получится – арестуют на пограничном пункте.

Беглый штабс-капитан шагал вдоль бульвара с непреклонно выпяченной челюстью, от задумчивости в зеркальные часы совсем не поглядывал.

Правда, достигнув пансиона и войдя в свою отдельную квартиру, по привычке к осторожности выглянул-таки из-за занавески.

И заскрипел зубами: у тротуара напротив стоял извозчичий экипаж с поднятым верхом – и это несмотря на ясную погоду. Возница пялился на окна «Сен-Санса», седока же было не видно.

В голове Рыбникова замелькали быстрые, обрывистые мысли.

Мысли стали еще короче, еще стремительней.

Додумывал уже на ходу. Неспешно, позевывая, вышел на крыльцо, потянулся. Рука небрежно помахивала длинным мундштуком – пустым, без папиросы. Еще Рыбников достал из кармана плоскую таблетницу, вынул из нее что-то, сунул в рот.

Проходя мимо извозчика, заметил, как тот косится на него.

Василий Александрович на кучера никакого внимания. Зажал мундштук зубами, быстро отдернул фартук на пролетке – и замер.

В экипаже сидела Лидина.

Мертвенно побледнев, Рыбников выдернул изо рта мундштук, закашлялся, сплюнул в платок.

Она нисколько не выглядела смущенной. С хитрой улыбкой сказала:

– Так вот вы где живете, господин конспиратор! У вашей тетушки красивый дом.

– Вы за мной следили? – выдавил Василий Александрович, думая: еще бы секунда, доля секунды, и…

– Ловко, да? – засмеялась Гликерия Романовна. – Сменила извозчика, велела ехать шагом, на отдалении. Сказала, что вы мой муж, что я подозреваю вас в измене.

Она стала серьезной.

– Вы так на меня посмотрели, когда я сказала «до завтра»… Я вдруг почувствовала, что вы завтра не придете. И вообще больше никогда не придете. А я даже не знаю, где вас искать… Я же вижу, что наши встречи отягощают вашу совесть. Вы думаете, что подвергаете меня опасности. И знаете, что я придумала? – оживленно воскликнула Лидина. – Познакомьте меня с вашей тетей. Она – ваша родственница, я – ваш друг. Вы не представляете, какая сила – две женщины, вступившие в союз.

– Нет! – отшатнулся Рыбников. – Ни в коем случае!

– Ну так я сама войду, – объявила Лидина, выражение лица у нее сделалось таким же, как в коридоре курьерского поезда.

– Хорошо, если вы так хотите… Но я должен предварить тетушку, у нее больное сердце, она вообще очень не любит неожиданностей, – в панике понес чушь Василий Александрович. – Тетя содержит пансион для благородных девиц.