Эрагон

 – Он что-то пробормотал себе под нос и тоже вышел из комнаты, качая головой. Снаружи снова лязгнул засов.

Эрагон сел, прислонившись к стене и чувствуя странную сонливость: слишком много волнений и усилий выпало на их долю в последние дни. Глаза у него слипались. Сапфира, устраиваясь рядом, предупредила:

«Нам нужно быть очень осторожными! По-моему, здесь у нас врагов не меньше, чем в Империи».

Эрагон лишь кивнул в ответ – сил отвечать не было.

Муртаг, стоявший у противоположной стены, тоже сполз на пол. Глаза у него были совершенно пустые и словно остекленевшие. Рукавом он тщетно пытался остановить кровь, которая текла из пореза на шее.

– Ты как, в порядке? – спросил Эрагон. (Муртаг молча кивнул.) – Он из тебя что-нибудь вытянул?

– Как же тебе удалось его остановить? Он, похоже, довольно сильный колдун.

– Я… Меня хорошо учили! – В голосе его звучала горечь.

Вокруг стояла полная тишина. Мысли Эрагона мешались. Уцепившись взглядом за одну из ламп, он постарался сосредоточиться и сказал:

– Я не позволил ему узнать, кто ты такой.

– Спасибо, что не выдал. – Муртаг благодарно склонил голову. Во взгляде его чувствовалось явное облегчение.

– И они тебя не узнали?

– Но ты по-прежнему утверждаешь, что Морзан – твой отец?

– Да, – вздохнул Муртаг.

И тут Эрагон вдруг почувствовал, что на руку ему капает что-то горячее, и с изумлением обнаружил, что это кровь. Кровь капала с крыла Сапфиры!

«Господи, я же совсем забыл! Ведь ты ранена! – Он заставил себя встать с пола. – Сейчас я тебя вылечу».

«Осторожней! Ты слишком устал, а в таком состоянии легко ошибиться».

Сапфира расправила раненое крыло, и Муртаг увидел, как Эрагон водит ладонями над горячей синей перепонкой и бормочет: «Вайзе хайль!» К счастью, раны оказались не слишком серьезными и он легко справился с ними, залечив даже довольно глубокую рану на морде Сапфиры.

А потом Эрагон мешком свалился рядом с драконихой, прижавшись к ее теплому боку и тяжело дыша. Он с наслаждением слушал, как ровно бьется ее огромное сердце, гоняя по жилам кровь.

– Надеюсь, нам все же дадут поесть, – сказал Муртаг.

Эрагон не ответил, он настолько устал, что даже голода не чувствовал. Обхватив себя руками, он понял, что очень не хватает привычной тяжести меча на поясе. Помолчав, он спросил:

– А почему ты оказался здесь?

– Если ты действительно сын Морзана и Гальбаторикс знает об этом, тебе никогда бы не разрешили свободно разъезжать по всей Алагейзии. И как ты сумел разыскать раззаков? И я никогда в жизни не слышал, чтобы у Проклятых были дети! И что тебе было нужно от меня? – Эрагон уже почти кричал.