Эрагон

Эрагон крепко прижал к себе девушку, и они полетели прочь от Гиллида, устремляясь к востоку и все выше поднимаясь в ночное небо.

Сапфира приземлилась на вершине какого-то холма, поросшего лесом, высмотрев с высоты вполне приличную поляну. Она бессильно уронила распростертые крылья, и Эрагон бросился осматривать ее раны. Они находились, видимо, не более чем в полулиге от Гиллида. На опушке были привязаны Сноуфайр и Торнак, которые нервно всхрапывали из-за чрезмерной близости дракона, и Муртаг пошел успокоить коней.

В темноте видно было плохо, и Эрагон ощупью пытался определить, куда именно попали стрелы. Он отыскал три окровавленных отверстия в тонкой мембране правого крыла, а от левого был даже оторван небольшой кусочек. Сапфира вздрагивала каждый раз, когда руки Эрагона касались ее ран, и он постарался использовать все свои знания и навыки, чтобы залечить с помощью магии отверстия, пробитые в правом крыле, а затем занялся стрелой, застрявшей в мышце драконьего плеча. Конец стрелы торчал оттуда, пробив маховую мышцу насквозь, из раны сочилась кровь.

Эрагон призвал на помощь Муртага:

– Ты придержи ей крыло, а я попробую вытащить эту чертову стрелу. – И показал, как именно следует держать крыло. «Будет больно, – предупредил он Сапфиру, – но ты потерпи, я быстро. И постарайся не вырываться – иначе ты поранишь и себя, и нас».

Она вытянула шею и, выдрав из земли молодое деревце, стиснула его зубами.

«Я готова», – сообщила она Эрагону.

– Держи крепче, – шепнул он Муртагу и изо всех сил дернул за наконечник стрелы, предварительно отломав ее хвостовое оперение.

Стараясь не бередить рану, он ловко вытянул стрелу из плеча Сапфиры. Она, закинув голову, застонала, несмотря на зажатое в зубах деревце, и крыло ее непроизвольно дернулось. Муртаг не только получил по зубам, но и упал на землю, а Сапфира взвыла и так тряхнула зажатым в зубах деревцем, что обоих юношей с ног до головы засыпало землей. Но Эрагон продолжал колдовать над ее раной до тех пор, пока она не затянулась. Только тогда он наконец поднял голову и помог Муртагу подняться. Тот едва стоял на ногах.

– Никак не ожидал, что она так здорово мне врежет! – признался он, ощупывая ободранную и распухшую челюсть.

«Мне очень жаль!» – тут же заверила Эрагона Сапфира.

– Она не хотела тебя ударить, – сказал он Муртагу. – И просит прощения.

После этого Эрагон полностью переключил свое внимание на бесчувственную девушку.

«Тебе придется некоторое время нести ее на себе, – сказал он Сапфире. – На лошади она ехать не может. Думаю, что теперь, когда мы вытащили стрелу, ты быстро поправишься. Да и девушка гораздо легче меня».

Сапфира качнула головой:

«Хорошо, я ее понесу».

«Спасибо, – сказал Эрагон и крепко ее обнял.