Эра Мангуста. Том 7 (СИ)

— Он не обманывает, Алексей Львович! — обескураженно сказала дамочка. — Но в прошлый раз я чувствовала иное — неуверенность, сомнения… прошу разрешить глубинное сканирование памяти!

— Ага, и сделать из ставленника самого Петра Алексеевича овощ? — возмутился дед. — Перед императором вы сами отчитываться будете? Если что, его уже проверяла на подселение комиссия самого Кречета!

— Но это невозможно! — возмутилась женщина. — Я точно почувствовала в прошлый раз, что он считает себя вселенцем, или попаданцем, как они сами себя называют! А сейчас по нулям. Ведь я никогда не ошибалась! Что происходит?

— Может, всё-таки ошибки возможны? — едко поинтересовался Сергеевич. — Переработали там, устали, или выслужиться захотелось? Задайте вопрос ещё раз, в конце концов!

— Хорошо! — тряхнула жиденькими волосёнками дамочка, и обратилась ко мне: — Отвечай максимально правдиво, и только да или нет! Ты подселенец?

— Я — граф Мангустов! — твёрдо ответил я.

— Да или нет! — вызверилась тётя. — это не сложно! Отвечать!

— Нет, — совершенно спокойно ответил я, подразумевая, что отказываюсь отвечать. Но тётка посчитала, что я ответил на её вопрос. И обескураженно уставилась на меня.

— Он действительно не обманывает! — удивлённо воскликнула она. — Я снимаю с Мангустова все обвинения. А также приношу свои извинения.

— Не за что извиняться, — мило улыбнулся я. — Это ваша работа, и она чрезвычайно важна. Я рад, что мы смогли уладить все недоразумения.

В этот момент дверь в кабинку ресторана распахнулась, хотя я мог поклясться, что её затворили магическим образом, и войти не смог бы никто. На пороге стояла Кошкина.

Но сейчас она напоминала тень от себя прошлой. Ключицы выступали, ноги напоминали обтянутые кожей кости, красивейшая грудь практически полностью исчезла, от попки ничего не осталось. Её ощутимо шатало.

Сделав пару шагов в моём направлении, она просипела, голоса у неё не было:

— Это Свинякин! Он похитил твоих невест.

Её глаза закатились, и мне пришлось ловить невесомое тело, подорвавшись, благодаря предвидению за пару секунд до её падения. Аккуратно подняв совсем ничего не весящее тельце когда-то невероятно притягательной внешности, я с удивившей меня нежностью положил его на диван, стоящий вдоль стола.

Сергеич тут же вылетел, через минуту вернувшись с Амандой. Молоденькая старушка только взглянула на полутруп, и тут же приказала всем выметаться. Ослушаться не смог никто. Мы все, включая следователя и его помощников, столпились у входа в кабинку, ловя малейший шум изнутри. Но там стояла мёртвая тишина.

Через пять долгих минут Аманда закрыла за собой дверь. Оглядев нашу толпу, она сказала:

— У девочки переистощение. Жёсткое. Но, теперь жить будет.