Эпоха мёртвых. Прорыв

 – Грохни его, пока он в воду не залез, а то придется из пруда вылавливать. Я в пруд, где покойник плавает, в жизни не прыгну!

– А он вроде не подходит, смотри, – обратил я ее внимание на новую деталь мертвецкого поведения.

Действительно, хоть зомби явно хотелось добраться до добычи, то есть до нас, он не лез в воду, и более того, это выглядело так, как будто он опасался ее. Не то чтобы в панике бежал, но и лезть в пруд категорически не хотел.

– Слушай, он явно боится воды. Почему?

– Не знаю, – пожала плечами Татьяна. – Я вообще не видела, чтобы они хоть чего-нибудь боялись.

Мертвяк, словно его осенило, вдруг решительно пошел, почти побежал, в обход пруда, явно собираясь добраться до нас.

– Я тоже так думал, а тут на тебе. Но видишь, сообразил, что к чему. Может просто понимает, что в воде ходить не получится, – сказал я и повернулся к хозяйке: – Лидия Васильевна, стрельбы не боитесь?

– Боюсь. Но ты стреляй, ну его, – махнула она рукой. – Страшный он какой-то, аж мороз по спине.

Я вскинул «сто пятый», навел точку коллиматорного прицела на голову мертвяка, взял маленькое упреждение и утопил спуск. Раскатисто треснул один выстрел, второй, мертвяк упал навзничь. Сзади послышались торопливые шаги, к нам подбежали Леха с Викой, у обоих оружие в руках.

– Что случилось? – спросила Вика с ходу.

– Мертвяк из леса вышел, местный, – ответил я. – Они, похоже, к своим местам жительства все стремятся.

– Убрать бы его надо, а то будет тут идиллический пейзаж портить, – сказала Вика.

– Вы идите в баньку, а за ним подъедут, – сказала Лидия. – На выстрел народ прибежит, вот и скажу им, чтобы увезли его. Он холостой, только сестра здесь, вот ей и отнесут пусть. И батюшке скажем, отпевать надо.

Вот те раз! А ведь у меня и в мыслях не было его хоронить. И до этого ни разу не было. Зомби – они вроде как и в Африке зомби. Но одно дело в Москве и после, в Солнечногорске, когда все зомби, бросавшиеся на нас, были людьми незнакомыми, просто монстрами из фильма ужасов. А здесь, в деревне? Чуть ведь глупость не сделали. Такой косяк мог бы быть, что дальше некуда. Сейчас бы мы оттащили его куда-нибудь в сторонку и скинули в яму, а его односельчане нас бы отсюда на пенделях обратно до Москвы бы погнали. Слава богу, что Лидия здесь была. Меня аж в пот кинуло при мысли, как могли накосячить.

– Ну раз сами людям скажете, то тогда мы париться пошли, – обрадованно объявил я.

– Идите, конечно, легкого вам пара.

Мы зашли в предбанник, начали раздеваться. Пахло распаренным веником, горячим деревом – банный дух.

– Чего задумался? – спросил Леха.

– О двух вещах. Первая – мы чуть не накосячили, это ты заметил?

– Заметил, – сказал он. – Могло хреново закончиться.

Подхватив бадейку с распаренными вениками, я подошел к двери в парную.