Эпоха мёртвых. Прорыв

– Что? – поразился генерал, вспомнив что этот старинный сентиментальный роман любила читать еще его покойная мать.

– «Обрыв», – повторил Усимов. – Очень романтично и мило, на фоне происходящего так вообще лекарство для души.

– Ну ты даешь… – откровенно поразился генерал, после чего перешел к делу. – Ваня, есть добро от Салеева. Задерживают его они, на КП, как и предполагали. В подвале там вполне людей содержать можно, даже сортир есть, с этим без проблем. Ты езжай туда. Возьми кого-нибудь, с кем тебе работать удобно, и езжай. Такого, чтобы крови не боялся.

– Все равно возьми, потому что все остальные люди там от Салеева будут. А ты один не справишься.

– Хорошо, – кивнул Усимов. – Панченко и Митяхина прихвачу.

– Прихвати. И гоните туда вперед, чтобы до Тимохина успеть. Как его заберут, начинайте допрашивать. Но тут момент – следите, чтобы с вами был кто-то из салеевских, чтобы к нам потом никаких претензий.

– Ну и езжай, если понял.

– Все собрали, ничего не забыли? – спросил Леха у построившегося у машин личного состава.

На этот вопрос никто ничего не ответил, что подразумевало небывалую тщательность сборов. Разве что Пашка сказал:

– Даже машины по винтику пересмотрел, все в норме.

– Ну и хорошо, – сказал Леха. – Разведрота отходит в пункт постоянной дислокации, они по своим задачам отработали, так что с ними мы выдвигаемся. Так оно безопасней будет, чем своим ходом. Кстати, солнце наше рыжее с нарождающейся личной жизнью, ты вот что скажи: ты с нами едешь или уже не с нами?

Маша, как раз затягивавшая хвост на затылке и державшая резинку в губах, кивнула, затем справилась с прической и уже потом сказала:

– С нами. И Белявский тоже с нами поедет.

– Ну ты глянь, уже прижился. Снайпер, – с ехидством сказала Вика, и Маша просто показала ей розовый язык.

Настроение у всех было приподнятым, почти праздничным. Нет, разумеется, все понимали, что ребята пока находятся на враждебной территории, что еще всякое может случиться, но сам факт того, что они самостоятельно вышли на связь, что уже недалеко от безопасной территории, что уже назначена встреча, обнадеживал до крайности. Поэтому упаковались лихо, когда ротная колонна разведчиков начала строиться, отряд уже сидел по машинам, в брониках, шлемах и масках, готовый начать движение.

– Ну видок у вас, сам со страху разбежишься, – ехидно объявил неожиданно появившийся Белявский, забросивший свой рюкзак в головной «уазик». – Рейнджеры, блин, чисто рейнджеры. Мария Александровна, красота наша невероятная, присоседиться позволите ли?

– А если не позволю – удалитесь? – поинтересовалась она.

– Да ни за что, следом побегу, – помотал белобрысой головой старлей. – Или вон в «таблетке» поеду, там на одного Пашку две юные девы.

– Я тебе поеду, разболтался.