Эпоха мёртвых. Прорыв

Даже поход в туалет должен осуществляться попарно, с выставлением боевого охранения. Например, если я сижу в кустиках с напряженным лицом и думаю о вечном, то с крайне уязвимого для любого врага в этот момент тыла меня должен охранять Леха, засевший поодаль в секрет. После того как я свои дела полагаю завершенными, я могу оказать Лехе аналогичную услугу, выставив боевое охранение его задницы. Любой другой способ «отправлять естественные надобности», как это называется в Уставе гарнизонной и караульной службы, находится под запретом до прибытия в место, объявленное мной безопасным. Поэтому система «Гадим на природе» стала сугубо парной, как в дайвинге – Buddy System.

В общем, сбегали, загрузились в машины, поехали дальше. Днем остановились на еще один быстрый привал, но обеденные пикники я запретил, светлое время суток надо использовать по максимуму. И к тому времени, когда я решил, что надо начинать подбирать место для привала ночного, мы как раз добрались до границы Московской и Владимирской области, обогнув по внешнему кольцу все более или менее крупные города, такие, как Сергиев Посад. Была идея сунуться за гостеприимством южнее, к Ногинску и окрестностям, где до сих пор было множество людских анклавов под защитой многочисленных в этих местах военных, но я такую идею сразу отмел. Если дадут ночлег, то начнут расспрашивать, а болтать не хотелось, и вообще…

Объект, который словно специально напрашивался на место ночлега, увидели примерно через час. Прямо посреди поля за полуразрушенным бетонным забором виднелись два вытянутых здания с воротами в торце. Ферма, причем явно заброшенная давным-давно, от запаха навоза и всего такого прочего и следов не должно остаться. А ворота большие, можно въехать на машине прямо внутрь, и со стороны не видно будет нашего лагеря.

– Давай туда, – скомандовал я Шмелю, на что он лишь кивнул и вывернул руль.

Колея до поваленных ворот вела уже едва заметная, почти заросшая, машина на ней раскачивалась, как лодка в зыбь, стебли прошлогодней травы хлестали по бамперу. Не доезжая метров пятидесяти, встали.

– Шмель, не глуши. Леха, проверим. Большой, прикрываешь с пулеметом, – быстро раздал я указания, выпрыгивая на дорогу.

Две другие машины остановились поодаль, у съезда с дороги. Правильно действуют.

– Давай прогуляемся, – пробормотал я, включая фонарь на «сто пятом».

Гулять долго не пришлось – запах мертвечины почувствовали почти от ворот и сразу замерли как вкопанные.

– Чуешь? – спросил Леха, потянув носом воздух и настороженно оглядываясь.

– Ага, – ответил я, направляя острый луч фонаря в темноту за распахнутыми воротами. – По-любому нам делать здесь нечего, если даже мертвяков нет, то дохлятиной воняет. Не нюхать же до утра.