Эпидемия

Можно сказать, выдернули из постели. А я, между прочим, был с девушкой…

Кругленький смешливый человечек во втором ряду нагнулся к соседу:

— Он имеет в виду свою правую руку… — и, не дожидаясь реакции собеседника, тоненько захихикал.

— И я не уверен, что она будет меня ждать, — продолжал рыжий.

— Простите, — сказал распорядитель. — В следующий раз мы ее тоже пригласим.

Бородач махнул на него рукой.

— Только этого не хватало. Лучше выпишите кого-нибудь из местных. Говорят, москвички тоже неплохо трахаются. И даже…

— Господин Кашинцев, — перебил распорядитель. — Вы не могли бы поточнее сформулировать суть ваших претензий?

— Да вы просто морочите нам голову. Найди то, не знаю что. Раздали какие-то папки… Про какой-то вирус… Все как-то неконкретно, в общих чертах. Мы что, играем мизер в темную? Знаете, чем это грозит? Огребем все десять взяток, — распалился Кашинцев.

— Вы полагаете, что полученной информации недостаточно для анализа? — спросил распорядитель, взял блокнот и что-то в нем записал.

Бородач поискал, обо что бы ему затушить сигарету. Он обернулся и посмотрел на охранника, тот пугливо скосил глаза на лацкан пиджака.

Но рыжий был великодушен. Он нагнулся и стал плевать на бычок. С третьего раза ему удалось попасть на уголек, окурок зашипел, и он бросил его в кулек, а кулек — на пол.

— И диаграммы ваши — липовые, — говорил он, подходя к экрану. — В бумагах вы пишете, что инкубационный период может составлять от трех до семидесяти двух часов. Ничего себе разбросик, а? Откуда взяты эти данные? Составлены по результатам конкретных наблюдений? Где? Когда? Я, например, не припомню, чтобы где-нибудь объявился подобный вирус! Может, я что-то пропустил? — обратился он к сидящим в зале.

Ответа не последовало. Присутствующие знали, что Игоря Константиновича Кашинцева приглашали на все симпозиумы и конференции, посвященные вирусологии и микробиологии. Он был записным «анфан терриблем», но ему прощали любые выходки: мало кто обладал такой безграничной эрудицией и никто так хорошо не разбирался в узком вопросе, в котором он специализировался, — инфекции, передающиеся воздушно-капельным путем.

— Ну так вот, — получив молчаливое согласие зала, Кашинцев еще больше ободрился. — Что мы имеем? Вирус, возникший ниоткуда! Ну хорошо. Допустим, у него обалденно высокая вирулентность при традиционном пути заражения. Я, кстати, уверен в этом, — подчеркнул он. — А контагиозность? Я имею в виду, если потрогать пальцами мокроту, выделенную носителем, заражусь я или нет?

— Э-э-э, — распорядитель пожал плечами.

— А если на пальце будет ранка? Или, к лримеру, мокрота попадет мне в глаз? А слизистые?

— Смотри, смотри, — лысый весельчак пихнул соседа в бок.