Классический Эндшпиль

Простые воины обсуждали прибытие принцессы Торы, их сердца горели желанием защитить Снежные горы и восстановить мир среди Домов. Но предводители имели иное мнение, и это тоже стало предметом обсуждения.

– Я не пойму, леры, почему мы должны соглашаться на мир с лесными эльфарами. Наши аристократы все уши прожужжали, что сопротивление только умножит смуту и скорбь среди народа, – произнес один из эльфаров.

– А это понятно, – ответил другой. – Они останутся у власти, а мы будем воевать за лесных выродков, будем проливать свою кровь, а не они.

– Так надо что-то делать? – воскликнул первый говоривший.

– А что делать, Рум? Все командиры слушают аристократию?

– Все командиры и есть аристократы, – ответил третий, невысокий и широкоплечий снежный эльфар. – У нас присяга. А верность Дому – это на первом месте, на втором уже родина. Не нами придумано, не нами будет отменено. К чему вести эти разговоры? Только нервы теребим. Если про это узнает лер Финда-ил, командир полусотни, нас накажут. Неподчинение во время боевых действий карается смертью.

– А мы разве не подчиняемся? – спросил Рум.

– А обсуждать приказы – что это, по-твоему? А? Наше дело – выполнять их, – укоряюще ответил широкоплечий.

– Я слышал, – шепотом произнес молчавший до этого эльфар с небритой щетиной, – что Манру-ил хочет казнить Тору, если ему не откроют ворота столицы.

– И правильно сделает, – ответил тот, кто убеждал не поднимать тему войны. – Нам нужен быстрый мир, а она хочет уравнять нас с Младшими. Когда это было видано? Нет, ребята, нам нужна столица и нужен мир, а там все образуется. Не одно столетие горы живут, и еще проживут без нее.

– Ты в самом деле так думаешь? – спросил Рум.

К костру подошел командир десятка с бронзовым значком номера десятки, на нем была выбита цифра пять.

– О чем шепчетесь? – строго спросил он.

– Да так, ни о чем, – ответил тот, кто начал этот разговор.

– Не совсем так, господин десятник, вот они, – широкоплечий эльфар указал на всех четверых, – обсуждают войну и хотят сражаться с лесными эльфарами.

На него люто посмотрели все остальные, а десятник усмехнулся.

– Этого все хотят, но у нас долг перед Домом, и его глава хочет другого. Наше дело – служить Дому, ребята, так что прекращайте эти разговоры. А ты, – посмотрел на стукача десятник, – не разноси сплетни, а то язык отрежу.

Эльфар испуганно сжался. Десятник ушел, а с предателем перестали общаться, вместо каши в котелке ему насыпали землю. Тот обиделся и высыпал землю, засопев.

– Придушить его надо, – прошептал Рум.

– Иначе сдаст сотнику, – ответил другой эльфар.

Они замолчали. Широкоплечий почувствовал угрозу и поспешил встать. К нему тут же присосалась демоница и выпила часть его жизни. Эльфар медленно опустился на землю и уснул.