Зачем я ему?

Я и имен-то многих не знаю…

— Моему школьному учителю, — Никита проходит чуть вперед и просматривает какую-то книгу в подарочном переплете.

Был бы рядом стул, я бы на него села. В шоке. Только что решила перестать удивляться, но такое… Может, он еще был примерным учеником?

— А ты здесь учился? — смотрю на него удивленно.

— Да, до девятого класса. Так что?

— Э-э-э-э… — развожу руками.

— Понял, — и через минуту продолжает: — может, вот эту?

На меня не смотрит, вроде сам себе говорит. Встаю на цыпочки, заглядываю через плечо. Интересно все-таки!

Джорджо Вазари. «Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих».

— Кто такой Вазари? — спрашиваю.

— Современник Микеланджело. Он сам писал картины, но великим художником не стал, как писатель известен больше. Например, про Леонардо да Винчи он написал…

— Ты увлекаешься живописью?

Не может быть, чтобы парень в его возрасте с такой шикарной внешностью и при таких деньгах еще и разбирался в искусстве!

— Нисколько, просто помню немного из школьной программы.

Что?! Очевидно, мы учились в разных школах, и программы тоже разные были. Я, конечно, знаю про да Винчи, но больше не как про художника, а как про великого математика и естествоиспытателя. И не от школьного учителя, а от Стаса. Моего Стаса. Интересно, он поладил бы с Никитой? Вряд ли. Слишком они разные. Стас был добрым, очень добрым, отзывчивым, мягким. У него было много друзей, настоящих друзей, его все любили. За годы, что я его знала, мы ни разу не поругались… Такого, как он, больше никогда не будет в моей жизни, вообще не будет… А Леднев? Его не назовешь ни добрым, ни мягким, ни отзывчивым. Жесткий, властный, опасный… Вздрагиваю, вспоминая, как он за горло держал водителя, который меня чуть не сбил. Стас никогда никому не причинял вреда. Он даже в школе не дрался.

На автомате продолжаю смотреть на Никиту, он задумчиво рассматривает другие книги, явно выбирает. Моей помощи больше не просит. С него самого можно картины писать… Взглядом выхватываю название соседней секции — «История». Вот это по мне. Отворачиваюсь, делаю пару шагов в сторону и вдруг слышу женский голос.

— Извините, пожалуйста, могли бы вы мне помочь?

Рядом с Айсом стоит симпатичная девушка лет двадцати пяти. Кажется, я ее видела, когда проходили детский манеж.

— Вы так внимательно выбираете книги, наверное, хорошо разбираетесь? А мне подарок купить нужно. Поможете? Я — Анна!

Да неужели?! И тебе подарок нужен? Прямо тема вечера сегодня.

— Я плохо разбираюсь. Обратитесь к консультанту.

Поворачивает голову, находит взглядом меня, кивает.

— Пойдем! Или ты хочешь тут еще посмотреть?

Ловлю на себе удивленно-разочарованный взгляд Анны. А я при чем? Между мной и ею я бы выбрала ее.