Зачем я ему?

Ты говорила, что она вся такая ухоженная, себя любит, из спа и фитнеса не вылезает…

— Дура, Барсукова! Это ты простушка, а не она. Вот на таких легковерных все и рассчитано. Думаешь, она не накрашена? Да ее по часу в салоне по утрам красят, вот так, чтобы не было видно, — закатывает глаза. — Чтобы вот такие, как ты, и считали, что все натуральное. Простушка… Да она отца в таких тисках держит, что…

— Чего случилось-то, Маш? — Вижу же, что злая стоит.

— Я машину хочу, мне 20 скоро будет, а тачки нет до сих пор! Я на права пойду летом, а она уперлась, и отца накрутила. Говорит, универ сначала закончи. Да видела я этот универ знаешь где?!

— Подожди, подожди… Какая тачка? Ты о чем?

— Варя, я пойду учиться водить. Серега меня уже четыре раза за руль сажал. Ничего там нет сложного, я ж не на механике кататься буду…

Кататься… Села на стул, так в руке и держу кружку… Вот только не это, что угодно, но нет!

— Да когда с тобой говорить? У тебя то Айс, то Мегера, то Воронов… Жизнь бьет ключом, и все — мимо меня! Ты когда спрашивала, как у меня дела, а?

Ушам не верю! Это я, значит, не спрашивала? Открыла рот, чтобы возразить… Так, сейчас главное совсем другое.

— И давно ты с Серегой… катаешься?

— Да месяц примерно…

— Зачем тебе водить машину? Ты прекрасно на такси ездишь! Зачем тебе за руль?! — не понимаю, как срываюсь на крик.

— Э-э-э, ты чего, Варь? — смотрит на меня удивленно. — Чего орешь-то?

— Да потому что это ты дура, а не я! Ты живешь и ни хрена не ценишь. У тебя же все есть, вот абсолютно все! Ты красивая, молодая, здоровая, у тебя семья, братья, денег полно, своя квартира, чего тебе еще не хватает?! Мужа богатого?! Да будет у тебя муж! А машина? Зачем?

— Мало тебе наркотиков, да? Адреналина надо, да побольше?! — Я кричу, кричу так, что голос уже в хрип срывается, но остановиться не могу. — Ты умереть хочешь, да?! Какой из тебя водитель, ты же разобьешься за месяц. Не сядешь больше за руль, слышишь, ты не сядешь!!!

Машка стоит у двери и молча смотрит на меня, потом подходит и вдруг обнимает меня крепко. Так крепко, что я дышать не могу.

— Пусти… Ненавижу тебя! — Отталкиваю, пытаюсь вырваться, говорить не могу, захлебываюсь слезами. А Машка держит меня, крепко так держит. Потом отпускает ненадолго, но только для того, чтобы влить в меня свой противный коньяк. Горло обжигает, слезы в глазах уже от алкоголя, кашляю.

— Ну ты и истеричка!!! Вот ни за что бы не поверила… А с виду такая зубрилка разумная… Варь, ты у меня психопатка, да?

— Да иди ты! — ухожу в комнату. Хочется что-то сломать и разрушить. Вот это срыв! Думала, что все прошло, больше никогда не повториться… и вот. Но я не могу и ее потерять. Как я жить буду? Я не смогу больше одна… А перед глазами снова дорога, зелень вокруг, солнце, лето… Последнее счастливое лето… Зажмуриваю глаза.