Не попадайся ему на глаза

Хотя бы для того, чтобы просто услышать его голос, проникнуться его силой и успокоиться. Но Инга подавила в себе это. У нее почти два часа, их надо потратить с пользой. А она еще ничего не сделала.

И для начала надо было найти тот ежедневник.

Она опустилась в свое кресло, опустила руки на подлокотники и застыла. так на минуту закрыв глаза. Потом открыла ключиком яшик стола и выдвинула его. Завернутый в подарочную упаковку ежедневник должен был лежать там, среди прочего канцелярского барахла.

— Инга Владимировна, — раздался голос и приоткрылась дверь.

глава 21

Инга Владимировна в тот миг как раз опустила руку в ящик стола. Эффект был такой, словно ее мышеловкой захлопнуло. Она дернулась на месте и оглянулась на дверь. Молодой айтишник, его даже по отчеству никто не звал, просто Виталик. Но сейчас Инга от неожиданности вдруг вспомнила его отчество.

— Что вам Виталий Николаевич?

Тот замялся у входа, потом бочком протиснулся в кабинет и прикрыл за собой дверь. Инга смотрела на него, не понимая, что собственно говоря, происходит. А парень с ужимками подошел к ней, вид у него был такой, словно ему жмет обувь. Однако, когда он заговорил, Инга поняла все и невольно похолодела.

— Я вот что… — парень неловко повел плечом и поправил волосы. — Просто мне в кадрах сказали, что вы у нас уже не работаете.

Вот как? А это было уже интересно. Как это в кадрах могли такое сказать, если приказа о ее увольнении не было? Или был? А если был, то кто его отдал? Дмитрий? Не должен был. Не в его интересах. Это было странно и как-то уж слишком топорно. Сначала машина, потом слух про увольнение. Она поняла, что ей надо срочно переговорить с Вадимом, но сейчас не было возможности. И потому Инга не стала перебивать парня, а дослушала все до конца.

А тот мямлил, отводя глаза:

— Ну и я подумал, раз вы не забрали личные вещи, наверное, они вам не нужны. Простите, Инга Владимировна, я правда, не хотел… В общем, я подумал, вам все равно не нужно, а тут такой классный ежедневник.

Парень вытащил откуда-то из внутреннего кармана среднего размера зеленоватую книжицу и протянул ей. Инга так и замерла с открытым ртом и наконец заглянула в ящик. Взгляд наткнулся на пустую упаковку. Ту самую, ее она помнила.

— Я, кхммм, ничего еще написать там не успел. Он нульсовый, — Виталик снова потупился. — Простите меня, Инга Владимировна. Я вас очень прошу никому не говорить об этом.

Она наконец отмерла. Привстала из-за стола, забрала у него ежедневник и пробормотала:

— Да ничего. Спасибо, что принесли. Не волнуйтесь, я никому не расскажу.

Молодой человек ушел, а она осела в кресло. Потеребила переносицу и снова уставилась на оберточную бумагу в ящике.