Прокурор с Эльтона

Провёл языком по кромке светлого ореола и выдохнул:

— А как насчёт дивидендов от фирмы «Вейсс Юро-Щит»? Вы же, госпожа Мариар, как жена основателя теперь являетесь ещё и совладелицей.

Он это серьёзно? Хочет близость за деньги?! Последняя мысль отрезвила хлесткой пощёчиной.

Внезапно Вейсс переменился в лице и резко прищурился.

— Это из-за того, что у тебя уже есть мужчина, да, Лиз? Кто те двое мужчин, что у тебя были?

Во рту пересохло, как на пыльной трассе М-14. Двое мужчин. Ну конечно, в их первую совместную поездку на «Крылатке» она выдала эту цифру, понимая, что иначе Вейсс от неё не отстанет. И хотя у той, прошлой Элизы никогда ничего не было с Эриком-гонщиком, кроме совместных ночёвок в одежде, первым своим мужчиной она считала именно его. Глупо? Ужасно…

Вторым стал Джавиер — тот самый смесок, на четверть рептилоид, на четверть миттар, наполовину ещё кто-то, которому Эрик с размаха дал в челюсть на парковке «Золотого века»… Джавиер появился на корабле Уи-лын-крыза примерно спустя пять лет после ситуации с извержением вулкана на М-14. Он был новой «восходящей звездой», первоклассным гонщиком и, как понимала Алесса теперь, — ещё одним наркокурьером. На тот момент Алесса уже перекрасила волосы в малиновый цвет и стала носить цветные линзы. Джавиер почти год оказывал ей знаки внимания, дарил весьма дорогие подарки, всякий раз оказываясь на борту флагмана октопотроидов, и откровенно намекал на совместное горизонтальное времяпрепровождение. Алесса вежливо отказывалась, но в какой-то момент после новостного листка, где Эрик Вейсс был запечатлён с очередной неизвестной красоткой, она сдалась и согласилась на ужин, а затем и на всё последующее, что предложил Джавиер.

Первый секс Алессы был… никаким. Мужчина долго зачем-то слюнявил ей шею, шептал, что всегда мечтал «это сделать с чистокровной эльтонийкой», как бульдозер мял грудь огромными ручищами и через три минуты был готов. У неё даже закралась мысль, было ли бы с Эриком так же, но она её отогнала от себя так быстро, как только осознала. Никаких мужчин с фиалковыми глазами. Никаких эльтонийцев.

Несколько раз их свидания повторялись, они шли по одному и тому же сценарию: ужин, подарок, постель. И после каждой встречи в душе Алессы росло и крепло лишь единственное чувство — недоумение, плавно перерастающее в лёгкое раздражение. На шестую их встречу она поняла, что всё это ей неинтересно. Так и сказала Джавиеру, на что тот в итоге оскорбился и обозвал её фригидной октопотроидной рыбиной с каменной рожей и бракованной эльтонийкой. Но Алесса не обиделась ни капельки, лишь сделала вывод, что не должна спать с мужчинами, если не хочет, чтобы её миттарскую часть раскрыли.