Прокурор с Эльтона

Октопотроид прикрыл веки и запрокинул голову, вспоминая прошлое.

— Однажды ко мне пришёл гонщик из тройки лидеров со словами, что ему не хватает кредитов и якобы я беру слишком высокий процент за услуги и должен ему. Вначале я думал выгнать наглеца взашей, но в этот же день мне позвонили родственники первой жены с другого конца галактики и попросили срочно прислать им диаторий. Ты знаешь, что это такое?

— Наркотик, — пробормотала хакерша. — Он запрещён к распространению на территории Федерации, как сильнейшее психотропное вещество, вызывает быстрое привыкание. Если его употреблять несколько месяцев, то оно влечёт деградацию и смерть головного мозга.

— Это официальная версия двуличных ублюдков, именующих себя светилами медицины! — зло выкрикнул Уи-лын-крыз, резко распахнув глаза и уставившись на Шарлен так, что она вновь от страха почувствовала позвоночником свой желудок. Несколько секунд на бледно-сером лице была написана ярость, и лишь спустя неполную минуту мужчина передёрнул плечами и вновь продолжил:

— В клиниках Федерации при лечении тяжело больных используется болеутоляющее — диатроксин. Моей любимой отрезало щупальце в катастрофе, и срочно требовалось обезболивающее! Геновеффу держали в искусственной коме до того момента, как пилот привёз диаторий — настолько сильные боли она испытывала! Нервная система отказывала…

— Вы хотите сказать, что диатроксин и диаторий — одно и то же?

— А ты быстро соображаешь. — Собеседник удовлетворённо кивнул. — Миттары внаглую монополизировали рынок, задрали ценник до неведомых высот и производят обезболивающее из перетёртых в песок кораллов. На Ореоне тоже растут эти кораллы, но Федерация объявила наш продукт вне закона!

Шарлен потрясённо смотрела на октопотроида. Она не очень-то разбиралась в медицинских препаратах, но благодаря тому, что детство провела на Миттарии, время от времени поверхностно интересовалась этой сферой. Диатроксин и диаторий просто не могли быть одним и тем же веществом! Хотя бы потому, что после употребления диатория гуманоиды умирают, а после диатроксина — встают на ноги и продолжали жить счастливой жизнью. Да если процент смертоносности был бы выше естественного фона, то его бы давно запретили.

— Возможно, кораллы всё-таки разные? — робко возразила она. — Или дело ещё в степени очистки? Ведь не зря эти препараты называются по-разному.

Уи-лын-крыз издал громкий звук, нечто среднее между смешком и прочисткой горла.