Элемент крови

Я столько десятилетий резал людей, кромсал им ноги, руки, артерии – кровища до сих пор снится почти каждую ночь – я думал, что хоть на том свете мне за это воздастся. И что в результате? По сути, я сделал для человечества куда больше того же Менделеева, спас тысячи жизней – но почему-то квартира в элитном районе, с уборщицей и консьержкой, досталась ему! Знаешь, хорошо же быть тупым химиком! Это закономерно, что у каждого земного доктора иногда умирают пациенты, других лекарей ты в целом свете не найдешь – но никто всерьез не думает, что исключительно за это он попадет прямо в Ад!

Доктор вслепую потянулся в сторону свободной рукой, не отрывая взгляда от Калашникова. Нащупав на холодильнике стакан воды, он жадно отпил из него.

– Это действительно неприятно, здесь ты совершенно прав, – сочувственно вскинул брови Калашников. – Я бы даже покивал тебе в знак согласия. Но сам видишь – не могу.

– На этом моменте нужно рассмеяться демоническим смехом, – напомнил Калашников.

– Ты некоторых из них знал лично, верно? – полюбопытствовал Алексей.

– Конечно, – согласился доктор. – Гитлеру я проводил психологическую экспертизу, когда он поступил сюда, он же VIP-клиент. Франкенштейна тоже я осматривал в госпитале во время диспансеризации раз в десять лет, к Дракуле в магазин приезжал выбирать цветы для мамы – у него работали шикарные флористы. К ним всем нетрудно было подобраться. Можешь себе представить, как удивились Гитлер с Дракулой! А Франкенштейн, бедняга, и удивиться-то толком не успел. Я не знаю, почему заказали именно их. Это не мое дело.

– Если ты мне не скажешь, кем является заказчик, я сдохну от любопытства раньше, чем ты превратишь меня в пепел, – пообещал Калашников. – Кто этот человек вообще?

– Интересно, зачем «духовному лицу» из Подмосковья заказывать Гитлера? – ухмыльнулся Алексей. – Делать ему там, что ли, нечего?

– Я уже тебе сказал – сам понятия не имею, – с сожалением сказал доктор. – Но если я уж подрядился на роль киллера, то профессиональный убийца никогда не интересуется причинами, по которым заказчик выбрал ту или иную персону. Типа кодекс чести такой – я это в фильме «Леон» видел. Могу порадовать – тебя мне заказали тоже.

– Какая честь, – восхитился Калашников.

Доктор осушил стакан полностью, с неудовольствием заметив, что вода закончилась, а налить себе новой он не может. Это был знак, что трепаться пора заканчивать.

– Напротив – недальновидность, – констатировал он. – Заказчик недооценил тебя. Надо было испепелить твое благородие с самого начала, чтобы ввергнуть в хаос оперативную бригаду. Я сам собирался это сделать – даже тренировал себя, заново приучал к твоей личности, что ты мне чужой, ведь у нас были весьма хорошие отношения.