Элемент крови

Сейчас-то они рады тому, что можно класть себе в карман бабло, отпущенное на похороны безвестных бомжей. Но стоит вспомнить, как все их отделение тогда взволновалось: сам лидер модной московской секты «Рай сейчас», пропагандирующей «возвращение к истокам» (изучение арамейского, паломничество в Палестину и молитвы в пещерах), друг модного столичного писателя Павла Левина, пожаловал в их поселок. Думали, как бы чего хренового не вышло. Но получилось как раз наоборот – жил отец Андрей скромно и одиноко, вел себя смиренно, никакого нарушения порядка и потрясающих оргий не происходило. Один только Иванушка своего наставника навещал – для того чтобы обмывать да обряжать невостребованных покойников. Столичные газеты терялись в догадках, с какого бодуна купавшийся в обожании поклонниц – жен банкиров и министров (сплетники называли его нью-Распутиным), лощеный «батюшка» сменил шикарную Москву на подмосковную глушь.

И говорил отец Андрей странные вещи. Мол, столько мы уже нагрешили, что давно пора всей Земле в тартарары лететь, и чем скорее, чем лучше. Сначала органы насторожились, но поскольку «батюшка» на своей даче ядерную бомбу из запчастей не собирал, у ученых выкупить вирус эбола не пытался и не призывал к массовому самоубийству на манер американского пастора Джонса, его оставили в покое. Официальная церковь, конечно, продолжила ворчать, ну да кто ее в наше время слушает.

…Лейтенант споткнулся об узловатый корень на тропинке и ушиб ногу. Вот суки поганые! Прям сафари, все черное, в глазах сливается. Там медведь чудится, там – волк, деревья – вековые, руками не обхватишь. Ветер завывал пуще, швыряя в лицо сорванные листья – похоже, завтра случится ураган, как Гидрометцентр обещал, вот в плохих прогнозах они никогда не ошибаются. Пронзительный вой пробирал милиционера до печенок. Знамо дело, кому ночью в лесу не страшно, но бояться нечего – в их края никакие маньяки отродясь не забредали, а народец местный ленивый да пьющий.

Неподалеку хрустнула ветка. Потом еще одна. «Ничего себе ветрище» – подумал Артемий Павлович и тут же похолодел: ветка явно переломилась из-за того, что на нее наступило какое-то крупное тяжелое существо. Этого еще не хватало. Схватившись за кобуру, он выхватил ПМ, большим пальцем снимая предохранитель.

– Милиция! Эй, давай не балуй! Кто здесь? – прокричал он, водя стволом в разные стороны и сам с трудом расслышал свои слова из-за ветра. Сквозь черные облака наверху наконец-то еле-еле проглянула бледная ноздреватая луна, и милиционер почувствовал сильнейшую дрожь, пробравшую его от затылка до лодыжек.

Всего в нескольких метрах от него, в густых зарослях дикого малинника, явственно угадывались очертания чьей-то крупной сгорбленной фигуры.