Ел я ваших демонов на завтрак! Том 1

— Это само собой, — кивнул мастер и добавил: — Думаю, я буду гордиться, что делал ножны для этого клинка.

Я испытывал одновременно и гордость, и смущение.

Мастер Ганзи между тем, прикинув, сразу же забраковал двое ножен. А двое оставшихся аккуратно, со всем уважением к мечу, примерил. Выбрал по ему одному понятным признакам лучшие, надел на меч ножны и, удерживая катану в двух руках, с поклоном протянул мне.

Я встал. И тоже с поклоном принял.

— Сколько мы вам должны? — спросил я.

— К ножнам я дам вам всё необходимое для ухода за мечом, — сказал мастер Ганзи, игнорируя мой вопрос. — И могу дать несколько уроков по уходу за катаной.

— Спасибо большое! — Я снова поклонился мастеру.

Я был счастлив! Всё складывалось наилучшим образом!

Где-то в глубине души шевельнулся знакомый червячок — всякое говно случается, именно тогда, когда кажется, что всё закончилось. Но я отмахнулся — не хотелось думать о плохом. Да и что может такого случиться, о чём я сожалел бы?

— Я вижу, у тебя есть нож? — спросил мастер Ганзи.

Блин, как он рассмотрел его в складках одежды? Но ничего не поделаешь.

— Да есть, ответил я и я поспешил отсоединить ножны от пояса. — Мой трофей!

Протянул мастеру.

Его рука дрогнула, когда он принимал клинок.

Очень медленно мастер Ганзи снимал ножны. Обнажил гравировку. Некоторое время смотрел на неё.

Он не стал проверять баланс или как держится рукоятка, не посмотрел состояние лезвия. Просто посмотрел на гравировку и задвинул ножны на место.

— Это очень хороший нож, — глухо произнёс он, возвращая мне моё оружие. — Не смею вас больше задерживать!

Я моментально почувствовал недоумение и тревогу.

И словно в подтверждение, руку на плечо мне положил отец и легонько потянул на выход.

— Расчёт как договорились, — сказал отец.

Мастер Ганзи кивнул.

С уважением поклонившись мастеру мы с отцом вышли из кузницы.

В коридоре я повернулся к отцу.

Он был чернее тучи.

Я хотел спросить, в чём дело, но он только подтолкнул меня к двери в портал."

"Снова привычно скрутилось пространство, но я уже знал, что нужно делать, и просто пошёл домой. Снова через десяток шагов увидел дверь и вышагнул в коридоре нашего дома.

Едва отец закрыл дверь, как сполз по стене на пол.

Я с недоумением повернулся к нему.

Отец был бледен и по его щекам текли слёзы.

— Что ты наделал, Кизаму? Что ты наделал? — принялся оно причитать, раскачиваясь из стороны в сторону. — Зачем ты взял с собой этот чёртов нож?!

— Да объясни мне, в чём дело? — спросил я.

— Мастер Ганзи из клана Такаги, — выдохнул отец. — Скорее всего это он изготовил этот нож.

И тут до меня дошло — Тосиюки пропал. А я, предъявив нож и назвав его своим трофеем, буквально признался, что убил Тосиюки. И не кому-нибудь левому признался, а уважаемому члену клана.