Экстрасенс разбушевался

Деньги у нас тобой теперь есть.

— Жена говорит, что предварительно хочет посмотреть апартаменты, — перевел я Шредеру.

— Натюрлих! — согласился он. — Завтра в девять пришлю за вами автомобиль.

— В десять, — уточнил я. — Утром хочу зайти в банк и обналичить чек. Заодно уточнить насчет счета.

— Гут, — кивнул Шредер. — Только я рассчитывал, что завтра приступите к работе.

— Натюрлих, — вернул я его же словечко. — Вы видели меня в деле. Если даже начну в полдень, к вечеру исцелю два десятка пациентов.

— Больше можете? — заинтересовался он.

— Если такие, как вчера, то вполне, но зависит от степени поражения органов.

— Благодарю, герр Мурашко! — он горячо потряс мне руку. — Договорились! А сейчас позвольте угостить вас ужином. Выбирайте, что хотите!

Было бы из чего выбирать…

Поначалу все шло, как рассчитывал Горбачев. Сопровождавший генсека Председатель Верховного Совета БССР предложил посетить заседание парламента. Горбачев согласился, но с большой речью выступать не стал. Поприветствовал депутатов и предложил собраться вечером в большом зале Академии наук, где намечен обстоятельный разговор. Ему долго и горячо хлопали. Из парламента генсек поехал на тракторный завод. Общение с трудовыми коллективами, простыми людьми стало его коронкой. До него так не ходили в народ. Видя перед собой руководителя государства, люди проникались, слушали, затаив дыхание, а потом благодарили за разговор. Горбачев это любил.

Встреча на тракторном задалась. Рабочие внимали, улыбались и кивали головами в ответ на горячие сентенции генсека. Горбачев собирался прощаться, как внезапно вперед протиснулась женщина в спецовке.

— Михаил Сергеевич, — обратилась к гостю. — У меня к вам просьба. Разрешите?

— Говорите, — улыбнулся Горбачев.

К таким обращениям он привык. Сейчас скажет о какой-нибудь беде: отсутствии жилья, невысокой зарплате, проблемах с руководством предприятия, наконец. Он, конечно, даст указание исправить. Сюжет покажут по телевидению, что поднимет его авторитет еще выше. Люди любят, когда им помогают первые лица государства.

Только женщина удивила.

— Уймите, наконец, ваше КГБ! — заявила сердито.

— А что с ним не так? — изумился Горбачев.

— Нашего целителя Мурашко за границу выкинули. Человек трудился, не жалея себя, скольким деткам здоровье вернул! У меня сына спас. Врачи только руками разводили: лимфогранулематоз, помочь не в состоянии. Михаил Иванович взялся и исцелил. Здоров мой Дениска, — под напором чувств женщина всхлипнула.

— Погодите! — Горбачев все не мог понять. — Я, конечно, рад за вас и вашего сына. Но при чем тут КГБ?

— Так они хотели, чтоб Мурашко иностранцев исцелял, — объяснила женщина. — А они с них деньги брали и себе в карманы клали. Угрожали человеку.