Экстрасенс разбушевался

По легенде Иниго будет помогать мне в исследованиях – изучать биоэнергетическое воздействие на человека. Для чего? Мне так захотелось.

Выйдя от Диего, я столкнулся с Кармелитой.

— У меня к вам разговор, сеньор! — заявила повариха, преградив мне путь.

— Слушаю, — вздохнул я.

— У меня слишком много работы. Кормлю вас, прислугу, угощаю кофе и печеньем многочисленных гостей. А еще нужно мыть посуду, чистить овощи и фрукты, убирать в столовой и на кухне. Мне нужна помощница.

— Так скажи Диего, — посоветовал я.

— Нужно ваше разрешение.

— Я хочу взять дочь, а управляющий сомневается.

— Сколько лет девочке?

— Семнадцать. Она уже взрослая. Я научила ее всему. Рокайо замечательно готовит, варит вкусный кофе. Вы не пожалеете, синьор! Ей достаточно половины моего жалованья.

— Разрешаю. Сообщи Диего.

— Грасиас, сеньор! — поблагодарила Кармелита и отправилась к управляющему ковать железо. При этом зацепив меня бедром. Они у нее мощные. Кармелита – метиска, мать – из местных индейцев. Кровь двух рас превратила повариху в гренадера. Если дочь такая, обхохочемся.

Исцеление проходило шумно. Обычно охрана не показывается пациентам на глаза, в этот раз вышла вся. Ну, так свои прибыли. Охранники болтали с детками, выясняя, кто откуда. Земляков искали или родственников. Куба остров небольшой, а народу там, как в Беларуси. Все друг друга знают. Утрирую, конечно, но почти. Как-то в Минске жарким днем я купил мороженое. Съел его на улице. Вечером жена, смеясь, поведала, что ее подруга видела меня – проезжала мимо на автобусе. Доложила: ел мороженое. Хорошо, что рядом никаких женщин не стояло. Не отмазался бы.

Шум мешал сосредоточиться, но я терпел. Выгонять детей во двор нельзя. Одежда на них легкая – простынут. Так и завершил работу под базарный гам. Деток, наконец-то, посадили в автобус и отправили на экскурсию. Пусть посмотрят город, раз зрение вернули. Ко мне подошла Исабель.

— Знакомого нашла, — сообщила, улыбаясь. — Мальчик из соседнего поселка, я его родителей знаю. Они переживали за сына. Хосе умный, учится отлично, мечтал стать врачом. Но слепому это невозможно. Теперь будет шанс.

— Как их отбирали? — спросил я. — По какому принципу?

— По способностям. Для начала отличников в учебе. Так у нас везде. Мои родители крестьяне. Не случись революция, я бы никогда не получила высшее образование, тем более, за границей. Работала бы в поле или на панели, — она поморщилась. — До революции Куба представляла собой бордель. Американцы приезжали к нам развлекаться. Повезло бы, если какой-нибудь богач взял на содержание. В то время это было мечтой. А теперь у нас свои врачи, ученые, писатели и кинематографисты. По сравнению с 1960 годом мы шагнули далеко вперед.