Экспертиза любви

Хачмамедов сопротивлялся как мог, но потом все-таки ему пришлось подняться. Лена, Рябинкин и Хачек уселись в ассистентской, а Людмила Васильевна принесла им чай, как на настоящем заседании. Хачек от чая не удержался и, шумно прихлебывая из стакана, стал обсуждать с Петей обстоятельства этого дела. В соседней учебной комнате возился мастер — он устанавливал макеты в шкафах. Лена еще перед комиссией зашла туда — посмотреть. Маленький человек в старом фетровом беретике и рабочей куртке любовно приклеивал фигурки в уже вставленный в ящик макет. Видимо, идея с Цезарем мастеру понравилась. Декорации он изготовил в рекордные сроки. Лена присела рядом. Мастер обернулся, но ничего не сказал. Лена смотрела в глубину ящика, и перед ней возникла комната со стенами из камня, в нише в углу — мраморная скульптура Помпея в полный рост. И тринадцать теней метались по стенам в огне факелов…

…При ближайшем рассмотрении оказалось, что тени на стенах нарисованы обычной акварелью, но если не всовывать голову в ящик — они как настоящие.

…На полу лежит окровавленный человек. На голову его наброшена распущенная белая тога с пурпурной каймой. Тринадцать других фигурок — тоже окровавленные, потные, возбужденные — застыли в нелепых позах, как бы пораженные свершившимся убийством. Где же здесь Брут? Он стоит впереди. У него в руках кинжал, но он не убийца. Он только ранил Цезаря в бедро, не повредив при этом ни одного крупного сосуда. Лена вдруг замерла, вглядываясь в макет. А может, и прав Рябинкин? Вот сейчас они все вместе разбирают убийство, которое произошло всего несколько дней назад. Она-то еще, конечно, во всем этом пока понимает немного, но… оказывается, это важно, то, что она этим всем занимается… И может быть, отец смог бы установить настоящего убийцу Цезаря?

Закончился перерыв. Лена прошла в ассистентскую. Петр Сергеевич показывал Хачеку какие-то таблицы. Насколько Лена поняла, он утверждал, что объем кровопотери можно высчитать по формуле, если знать площадь поверхности, на которой разлилась кровь. Еще Рябинкин убеждал Хачека, что нужно было сразу исследовать землю вокруг асфальтовой площадки, на которой лежал убитый парень.

— Это была ошибка Попова. Теперь всю площадь не определить. — Хачмамедов сидел, пушил свои усы и жевал губами. — Нам нужно понять, что все-таки играет главную роль в этой смерти. Здесь два конкурирующих диагноза: кровопотеря и переохлаждение. Какой из них ставить на первое место? Если кровопотеря, тогда повреждения суд будет квалифицировать как тяжкие, повлекшие за собой смерть. Если переохлаждение, то… Вообще неизвестно, как рассудит суд.

А Лена сидела и думала: «А какая разница? Человека все равно не вернешь». Все, кто был виноват в его смерти, уже оказались наказаны.