Экс-любовники (СИ)

 — Идём!

Похоже, я угадала с диджеем, потому что на импровизированный танцпол выходят все, даже тётя Валя. Один Марат остаётся заниматься пловом. Мне хочется в туалет, но если уйду прямо сейчас, то есть риск, что остальные расползутся по углам как тараканы. А диджей обошёлся Кариму недешёво, так что пусть веселятся.

Стоит мне поднять руки и качнуть бёдрами, как перед глазами всплывает новая картина из прошлого: я танцую в клубе у бара, а Карим наблюдает. Он терпеть не мог, когда я танцевала на глазах у других, но самому ему смотреть нравилось. Зная это, я любила его поддразнивать: двигалась нарочито вызывающе и сочиняла новые сексуальные движения, чтобы он наверняка не выдержал и набросился на меня. «По жопе получишь за такие танцы», — ворчал он, тычась в меня своим стояком. Я ему на день рождения даже стриптиз в собственном исполнении подарила.

— Вася! — Полина дёргает меня руку, вытаскивая из сладкого омута воспоминаний.

— Чего? — рявкаю я, недовольная столь резким возвращением в реальность.

— Назад смотри. Полканович всё-таки приехал.

В животе что-то противно сжимается от восторга, когда я вижу Карима, стоящего возле накрытого уличного стола. На нём простые тёмные джинсы и белая футболка, в руке зажата спортивная сумка. Может быть, он даже специально её с собой взял, чтобы бицепс красиво напрягся. С него станется.

Небрежно кивнув ему в знак приветствия, я отворачиваюсь, чтобы продолжить танцевать. Ну пришёл и пришёл. Что мне теперь? Перестать веселиться? Коллектив без правильного примера через час напьётся, и кранты корпоративу.

— А ты та ещё зажигалка, Василина Александровна, — гаркает мне в ухо Полина. — И где только так научилась задом крутить.

— По клубам с моё пошарахайся — ещё не так извиваться начнёшь, — самодовольно фыркаю я, очерчивая бёдрами витиеватую восьмёрку. Разумеется, делаю это не для Карима. Мне вообще плевать, смотрит он или нет. Просто музыка классная.

Полина выкрикивает что-то в ответ, но расслышать не получается, потому что в этот момент между нами втискивается Толик и, дёргаясь как сопля под электрическим током, прилипает ко мне.

— Решил с вами потусоваться, девчонки. А то на работе даже времени нормально пообщаться нет.

Если нормальное общение подразумевает, что он будет биться об меня своими костями, то я категорически против. Обычно с нежелательными прилипалами на танцполе у меня разговор короткий: либо рявкнуть, либо уйти самой, но сейчас я лишь скромно отодвигаюсь назад и продолжаю танцевать. Ибо если Карим всё же смотрит, то это станет для него хорошим напоминанием, что он больше не имеет права мешать мне веселиться так, как мне нравится.

— На работе такая строгая, а сейчас прямо секси, — доверительно сообщает Толик, обгладывая меня глазами.