Экипаж

Людям принадлежит сто двадцать одна звездная система, включая родную Солнечную. Так называемый «человеческий» сектор. Дальше начинаются территории чужих, коих в обитаемом космосе насчитываются многие тысячи разновидностей. Есть очень многочисленные расы, почти не уступающие людям (соплеменники Михаила все равно умудрились побить все рекорды, став самой крупной расой и по численности и по ареалу), а есть и крохотные, ограничивающиеся одной-единственной планеткой, или даже делящие ее с другими разумными. Отношения между расами самые разные – от мирной торговли до кровавых войн.

Человеческая раса говорит на множестве языков, среди которых особенно выделяются имперский, СОПовский и бундесский. А еще есть так называемый «общечеловеческий», на котором свободно изъясняется восемьдесят процентов людей и многие чужие (а многие другие сами не говорят, но понимают услышанное). В человеческом секторе этот язык играет ту же роль, какую русский играл в республиках бывшего Советского Союза. Общечеловеческий искусственного происхождения, как эсперанто, и на редкость прост – даже чужие учат его очень легко.

Очень удивил Ежова тот факт, что в Солнечной Системе людям принадлежат все планеты, кроме Урана. Его еще две тысячи лет назад продали расе дроношей, для которых Уран оказался просто-таки райской планетой. Они передали землянам в обмен одну из своих планет – Лердакуц-ж-5, почти сразу же переименованный в Левиафана. Дроношам эта планета была нужна примерно так же, как нам – Уран, но для людей Левиафан оказался просто превосходным местом – он вошел в десятку лучших человеческих миров (кстати, Земля в этом списке стояла всего лишь на двадцать третьем месте). А на самом первом месте оказался тот самый Сварог – русско-японская экспедиция умудрилась отыскать и застолбить за собой самую лучшую планету в человеческом секторе.

Кстати, оказалось, что подобная торговля планетами - случай отнюдь не единичный. Во многих человеческих системах жили чужие, купившие или выменявшие у людей одну-две планеты, им самим ненужные. Точно так же и у чужих время от времени встречались поселения людей.

Однако многие системы самим вопиющим образом пустовали. Оказалось, что колонизировать можно только системы незанятые, в которых разумной жизни нет и не предвидится. Если же там есть хотя бы питекантропы – даже нос совать запрещено. А следят за исполнением этого правила те самые галакты, о которых Койфман говорил, что они не считаются. И действительно, не считаются – это оказалась не цивилизация, а некая спецслужба даже не галактических, а вселенских масштабов! Их посольства имелись почти на каждой планете, но они никогда ни во что не вмешивались, заботясь исключительно о недоразвитых цивилизациях.