Экипаж

Перов сделал четыре одинаковые формы в виде половинок узких цилиндров, и теперь склеивал их попарно, чтобы получить две формочки для свинцовых стержней. Он высверлил небольшим коловоротом отверстия, чтобы можно было залить жидкий свинец, а потом начал размахивать деревянными чурками, чтобы клей побыстрее застыл. Конечно, для блинов на штанги у него имелись постоянные формы, сделанные в специальных мастерских, но таких стержней он, само собой, раньше не отливал.

- Однажды мы приземлились на одной примитивной планете... – погрузился в воспоминания Моручи, глядя на это. – Нас подбил бундесский корвет – мы тогда были в розыске. Пришлось приземляться на ближайшем планетоиде...

- И че там было? – спросил Денисов, мерно кивающий головой в такт любимому певцу.

- Пробоины в обшивке были. А еще гиперускоритель лопнул, в реакторе течь, от силовой брони одни воспоминания... – скривился капитан. – Долго чинились. Хорошо, что Рудольф тогда уже был в команде – без него бы точно не справились... Хотя сначала он все пытался уговорить нас сделать новый реактор. Из дерева. По-моему, он этот реактор сам иногда портит, а то что-то подозрительно часто ломается...

- Зачем? – моргнула Марина.

- Чинить любит. К тому же когда реактор течет, радиации больше, а Рудольф от нее балдеет. А тогда нам еще и планета попалась неприятная – кислороду вдвое больше нормы, головы у всех кружатся, как будто пьяные. Сплошные джунгли, дождь круглый год, жара, солнц два – сутки сумасшедшие... И разумной жизни нет – ничего развитее ползучих растений. Была там одна такая лиана – все время оплетала «Вурдалак», приходилось счищать. А счищать трудно – у нее цветки кровососущие. Хотя в принципе жить можно – эту планетку давно бы колонизовали, но на ее соседке разум был... А по законам галактов, если в системе есть разум, колонизовать ее нельзя.

- Так вы тогда спаслись или нет? – все пыталась сообразить девушка.

Моручи недоуменно посмотрел на нее, а потом мягко ответил:

- Фу ты... – успокоилась Марина. – А я уж испугалась...

- А кто первый на Марс высадился? – спросил Перов. – Наши или американцы?

- Да откуда же я помню... – поморщился Святослав. – Помню, что в 2042 – у меня на числа память хорошая. А кто... шайтан его знает! Вот у меня еще все 2014 год в голове вертится – помню, что-то в нем такое произошло... просто невероятно важное. Только вот что?.. Очень уж давно было, а я древней историей никогда не интересовался...

- Блин, Андреич, мы с тобой древняя история! – обиженно сказал Денисов. – Капитан, четырнадцатый год через девять лет будет, ты вспомни, че там случилось! А то вдруг Тверь взорвут?! Надо тогда заранее куда-нибудь [цензура]...

- Ты что мелешь, придурок?! – сверкнул глазами Перов, едва сдерживаясь, чтобы не отвесить коротышке подзатыльник.