"Расследования Екатерины Петровской и Ко". Компиляция. Книги 31-50

У Кати уже сто раз вертелось на языке: а что вы, собственно, ищете с таким остервенением? Но она боялась, что он лишь огрызнется в пылу поиска: а сама что, не догадываешься?

Увы, она не догадывалась. Пока что.

И вместо этого кротко спросила:

– А почему вы не узнали у его жены, когда она виделась с Лопахиным последний раз?

– Потому что она ответила бы – год или два года назад, мы же разведены. И солгала бы.

– Странно, что вам показалось, что она все врет. Я так не думаю. И еще мне кажется, что тут… вот тут ее с ним не было.

– Найдем всех свидетелей, которые видели его здесь в тот день. И опросим. – Полковник Гущин кряхтя поднялся, оторвавшись наконец от изучения мусора. – Значит, ничего тебе тут не глянется?

– Бардак обычный мужской, хаос.

– Кое-что в этом бардаке просто и бросается в глаза.

– И что же это? – Катя так и засветилась любопытством.

– Ну, во-первых, следы велосипедных шин возле калитки. – Гущин закурил и присел передохнуть. – Не обратила внимание? Причем тот, кто ехал по улице, резко затормозил и остановился.

– Может, это почтальон.

– Может, и так, проверим, как в Баковке доставляют почту. Но, учитывая, что внедорожник Лопахина, судя по отпечаткам протекторов, был им загнан на участок, а забор тут низкий штакетник и все хорошо просматривается с дороги, можно предположить, что кто-то ехал на велосипеде, увидел машину Лопахина и резко затормозил.

– Здесь все мальчишки на велосипедах, – Катя пожала плечами. – А еще что?

– Еще вот что, – Гущин достал из кармана аккуратно запакованный пластиковый пакетик, а в нем что-то пестренькое… фантик конфетный.

– Обертка от конфеты. Даже запах шоколада еще хранит. Найдена мной на полу на террасе.

– Это важная улика, по-вашему?

– Единичный фантик. Ни в буфете, ни на кухне, ни в его квартире, ни в его карманах, ни в машине ни конфет таких, ни других фантиков…

– Федор Матвеевич, я что-то не…

– Он приехал сюда утром, днем работал – строился потихоньку. Вечером топил баню, парился. Ночь он тоже провел здесь, утром отправился в Москву и умер по дороге, отравленный. Я хочу понять, один он тут был все это время или кто-то его навещал.

Кате хотелось сказать, что уж если секретного «космического шифровальщика» майора Лопахина прикончили так хитро ядом, как это показывают в шпионских фильмах, и если Гущин намекает, что тут, на этой тихой подмосковной дачке, появился как фантом грозный шпион-невидимка, то… не оставил бы он таких следов, как следы велосипедных шин и конфетный фантик.

Это слишком даже для шпиона – такая вот простота!

Но она промолчала, решила не злить старика Гущина, когда он впал в такой разыскной раж.

– Но самого основного я тут не нашел, – объявил тот.