"Расследования Екатерины Петровской и Ко". Компиляция. Книги 31-50

Нет, ворох лент – желтых, полуистлевших, пропитанных бальзамической смолой.

– Мумия? – ахнула Анфиса. – Это настоящая мумия, да?

– Это необычная мумия, – Гайкин уложил сверток на специальную подставку, которую Кристина быстро поставила на ткань.

Медленно, очень медленно, осторожными движениями он начал раскрывать сверток, словно это был драгоценный бутон.

Что-то сморщенное, черное, с запавшими глазницами и свалявшейся короткой шерстью…

Голый оскаленный череп, обтянутый ссохшейся кожей.

– Кошка, это же кошка! Мумия! – Анфиса щелкала камерой.

Гайкин ничего не ответил, он продолжал очень осторожно раскрывать сверток дальше. Кристина, словно хирургу, подала ему пинцет и зажим для тканей.

Из вороха погребальных бинтов появилась… рука. Почти что скелет, тоже обтянутый иссохшей кожей. Туловище. Вторая рука. Скрюченные крохотные пальцы.

Руки и туловище человека. Маленького человека.

Изуродованная смертным оскалом пасть с крохотными зубами.

Катя… она отпрянула от стола. У нее внезапно потемнело в глазах.

– Что это такое? – хрипло спросила Анфиса.

От неожиданности она даже опустила камеру, уставившись на маленькое чудовище, которое предстало их взору в погребальных бинтах.

– Это номер первый «Проклятой коллекции». Возможно, из-за этого существа коллекция лишь добавила себе зловещей славы, – Олег Гайкин распрямился. – Никогда прежде ничего подобного во время раскопок не находили. Мумия совершенно уникальна. Не пугайтесь, это не какой-то там монстр, мутант. Это совмещенная мумия.

– Как это – совмещенная? – спросила Катя.

Тьма в глазах растаяла, но… Пришлось даже опереться на крышку стола. Колени подгибались. Нет, не от страха, от какого-то иного чувства, словно слабость разлилась по всему телу, лишая воли и сил.

– Голова бесспорно кошки, и взята она от животного. А вот тело девочки возраста примерно около двух лет. У ребенка удалили голову и во время процесса бальзамирования пришили к телу голову животного. Швы отчетливо просматриваются на коже под бинтами. Это впервые было установлено еще в восьмидесятых годах, когда мумию впервые подвергли сканированию.

– Но зачем это сделали? Жуть какая – отрезать голову ребенку. И кто, кто до такого додумался? – Анфиса снова нацелила камеру на лот номер первый.

– Ну, с вопросом кто – легче всего, – Олег Гайкин рассматривал кисть мумифицированной руки. – Те, кто занимался бальзамированием и похоронами. Скорее всего жрецы храма богини Бастет. Если бы была обнаружена гробница… но ничего такого не нашли. Не было ни украшений, ни саркофага. Все затерялось во времени. Возможно, гробница все же имелась, но ее разграбили еще в глубокой древности. Эту вот причудливую мумию перезахоронили на кошачьем кладбище.