"Расследования Екатерины Петровской и Ко". Компиляция. Книги 31-50

– Лекарство от старости?

– Но здесь их давно изучают и в связи с другими их особенностями. Они ведь холоднокровные.

– Холоднокровные? Как змеи, как… земноводные?

– Они терпимы к смертельным для других созданий дозам углекислого газа, они не чувствительны к термическим и химическим ожогам. У них двойной защитный механизм, контролирующий рост клеток, благодаря чему они практически не подвержены опухолям. Наконец, 96 генов у них просто уникальны, их нет ни у кого – ни у мышей, ни у семейства землекоповых, ни у человека, при том что 93 процента генов у нас с ними совпадает. Все это наводит на любопытные мысли об эволюционном процессе. О том, как все это шло, развивалось и как оно может развиваться в будущем.

За стеклом в свете неяркого «вечернего» освещения кипела жизнь. Голыши, слепыши, зубастики двигались хаотично и вместе с тем удивительно целеустремленно. Щупая крохотными лапками комки глины, то сплетаясь в клубки, то расплетаясь и расползаясь по бесчисленным ходам, землекопы поддерживали жизнь своего подземного города, выставленного на обозрение.

В центре Катя увидела просторную камеру, где извивалось крупное бело-розовое существо – раза в три больше всех остальных землекопов. Раскрыв в беззвучном вопле, писке, рычании, реве розовую пасть с устрашающими резцами, существо содрогалось от конвульсий и судорог.

Катя внезапно поняла, что она видит царицу колонии, матку-производительницу, как у муравьев или термитов.

Кровь брызнула на стекло, могучая подземная жизнь не хотела, чтобы ее держали вот так взаперти – за стеклом, для опытов.

Все поплыло у Кати перед глазами. Она видела процесс родов. Родовая судорога сотрясла тело царицы землекопов, буквально свивая его в тугой узел. Под кожей, лишенной шерсти, пульсировали вздутые вены.

Новая жизнь царапала стекло крохотными острыми когтями.

Новая жизнь не желала сидеть взаперти, пытаясь выбраться из этого стеклянного ящика, из этой лабораторной тюрьмы.

Брызгая кровью, не считаясь с болью, потерями, новая жизнь выбиралась, выпрастывалась из утробы.

Внезапно Кате стало страшно.

Но вместо того чтобы отпрянуть, отшатнуться, она приблизилась к самому стеклу.

Чтобы дотронуться до новой жизни рукой.

В общем, все это как-то было и прошло. Рассеялось, как морок.

Осталось лишь чувство неудовлетворенности.

И мимолетное ощущение некой фальши. Что-то не так…

В Москву Катя возвращалась на автобусе сквозь пробку, растянувшуюся на Калужском шоссе. У станции метро «Теплый Стан» поймала такси и поехала не в главк, а в редакцию «Вестника Подмосковья».

Для начала она обсудила с редактором газеты текущие дела криминальной полосы – какие материалы газета хотела бы получить в ближайшем будущем, какие темы работы полиции интересны.