Её (мой) ребенок

Но так, как у нас был непримиримый конфликт, он написал завещание на левую девчонку. Мне нужно задним числом признать его недееспособным, подменить в деле завещание и через суд отжать обратно квартиру.

Смотрю в его застывшие глаза.

— Не совсем понял… — тяжело сглатывая, оттягивает воротник.

— Ты всё понял. На самом деле, мне еще надо ускорить кончину родственника, а наследнице аварию подстроить, чтобы она на суд не попала. Врача подкупить, судью… Ну, чтобы сесть веселее, не просто за мошенничество, а за организацию ОПГ, лет так на двенадцать строгача.

Перехватываю за шею, нагибаю над столом, заламывая руку.

— Догадайся. Короче, так, Славик. Два дня тебе на оформление дарственной на настоящую наследницу, и я тебе позволю слинять. Поднимешь волну говна, сам в ней и захлебнешься. Усёк?

Шарю по его карманам.

Вытаскиваю паспорт и права.

— Это я пока заберу.

— Ой, какие ты слова знаешь! Удивляешься меня…

— То, что Вы вешаете на меня — недоказуемо!

— Уже теплее по лексике. Но я докажу. У меня есть то, что ты не учёл? — блефую я.

— Вы что-то напутали, уважаемый, — сквозь зубы. — Я не понимаю…

— Это следствие обязательно проверит — напутали или нет. Попробуешь смыться без моего разрешения, я тебе прикручу все висяки по черному риэлторству за последние пять лет. И с полной конфискацией пойдёшь по этапу.

— У меня здесь работает камера, понял, мент?

— А я с частным визитом. Ты женщину мою обидел, я тебя извиниться попросил.

— А это я ее документы забрал. Которые она в квартире оставила. Я тебя про волну предупредил — переваривай. Послезавтра встретимся. Так или иначе. Телефон у тебя мой есть.

Адреналин заставляет тело двигаться как на шарнирах. Вылетаю за дверь, практически врезаясь в Медведева.

— Ээ… ты уже, я смотрю, визит нанес?

— Есть немного. Припугнул. Теперь надо ждать «крышу».

— Поехали, дома пообедаем? Девочек проведаем…

Медведя уговаривать не надо. Он всегда рад зарулить к Машеньке.

По дороге покупаю Марьяне букет.

У ворот такси… Моё давление подлетает. Но, может, Галина вызвала, пока Гена на работе.

Переглянувшись, паркуем тачки и идём вверх.

— Как Тихонов? — тесть у Медведева «неподарок», а нам скоро к нему на поклон, чтобы он развязал нам руки по проверке судебного делопроизводства по делу Мартяны. — Не остыл еще к любимому зятю?

— В режиме холодной войны. Пока без боевых действий, — усмехается Медведь.

Дверь в мою квартиру приоткрыта. Слышу мужской голос.

— Лившиц… Так! Что за?!..

Все внутри меня вспыхивает, я застываю. Рука с букетом опускается.

— Айдаров… спокойно, — кладёт мне руку на плечо Медведев. — Дыши ровно.

— Да ты чо, Медведь?! — в горле пульсирует непоглатываемый ком.

Медведев сгребает меня сзади, силой затаскивая к себе, в квартиру напротив.