Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

И не потому, что я стал свидетелем размолвки двух совсем еще молодых людей, а из-за того, что вновь вспомнил ту ужасную картину, которая станет финальным аккордом в жизни Стаса, вспомнил, каким ударом это будет для Лены, и как потом покатится под откос ее жизнь.

Это случится в последний день лета. Именно поэтому я так хорошо запомнил дату. Второго сентября, в понедельник, когда мы пришли в школу, в фойе уже стоял портрет Стаса с черной траурной ленточкой, а рядом с ним лежали две унылые гвоздички.

И угораздило же меня попасть именно в этот год! В год, который был наполнен такими трагическими событиями. А ведь так хочется просто пожить в свое удовольствие.

Я подошел к двери репетиционной комнаты и остановился. Изнутри доносились нестройные звуки настраиваемых инструментов и барабанная дробь. Усилием воли отбросив мрачные мысли, я потянул за ручку и вошел внутрь.

В репетиционной было тесновато, зато душевно. Здесь сохранялась та неповторимая атмосфера бесшабашности и свободы, которая так присуща молодежи совершенно любой эпохи.

В довольно небольшом помещении помимо четырех участников группы располагалась куча аппаратуры и инструментов: три гитары, барабаны, большая колонка, усилитель, микшер, пара примочек с педалями, два микрофона на стойках и беспорядочно раскиданное по полу переплетение проводов. Также в углу у стены приютился небольшой видавший виды диванчик и столик.

Роли в группе распределялись следующим образом: Стас — вокал и ритм-гитара, Саня — бэк-вокал и соло-гитара, Леха — бас, а Андрюха — на ударниках. Все они были уже в сборе и занимались настройкой инструментов и аппаратуры.

Стас же угрюмо сидел в углу на диване и, закинув руки за голову, пялился в потолок.

— Привет! — Я замер на пороге, увидев брошенный на меня тяжелый взгляд Стаса. — Я что, не вовремя?

— Нет-нет, Егор, проходи! — Стас через силу улыбнулся и махнул мне рукой, указав на свободное место рядом с собой. — Привет!

По пути до дивана я поздоровался с остальными. Поскольку все они были вчера у школы, и я знал их по именам, то знакомиться с ними не пришлось.

— Ну что, Егор, этот придурок Кирпичев больше к тебе не докапывался? — нахмурившись, спросил Стас.

— Нет. А ты думаешь, будет? — с опаской спросил я.

— А кто ж его знает, чего там у него в голове? Ты с ним поосторожнее, на рожон не лезь. Этот Кирпич на голову отбитый. Можешь, конечно, сказать мне, если что. Но, сдается мне, что ты не охотник прятаться за чужими спинами. Так что просто будь с ним поосторожнее, лады?

— Ладно Стас. Я постараюсь. — Я немного помолчал и внимательно посмотрел на собеседника. — Слушай, у тебя-то что случилось? Выглядишь, если честно, паршиво. — Я опять совсем забыл, что мне всего лишь одиннадцать, и заговорил, как взрослый.