Его звезда

— Я бы хотела подумать, все же он не совсем ровно дышит в мою сторону — делаю вид, что собираю свои вещи, а сама наблюдаю за реакцией Эмина. Лишь поджал губы и все.

— Подумай, надеюсь к сентябрю мы расставим точки, и я смогу уехать домой.

— В смысле?

— В прямом. Евгений Андреевич профессиональный консультант, все трудные и спорные вопросы ты можешь обсуждать именно с ним. Плюс грамотный юрист, ваш семейный юрист, Захар Генрихович не даст тебя в обиду. Право ставить подпись на документы я тебе передам. Не вижу смысла мне сидеть в Москве.

— Ты же нарушаешь условия папы.

— Это же формальность, по документам я останусь исполняющим обязанности директором. Замы тут замечательные люди, они заинтересованы сохранить бизнес, ибо люди сюда пришли работать и зарабатывать, в условиях сложной экономической ситуации в стране, каждый дорожит своим местом. Если будут сомнения, мой номер телефона у тебя есть, можешь звонить в любое время суток, чем смогу, тем помогу."

"— Эмин… — голос дрогнул. Я не справляюсь с эмоциями, слезы сразу же набегают на глаза. Эмин опускает взгляд, молчит.

— Так будет лучше, Стелла. У меня жизнь в Грозном, там моя семья, мои дела. Москва меня не держит.

Прикусываю щеку изнутри, смотрю поверх его головы, часто моргая, чтоб слезы так и остались непролитыми. Наверное, жить с болью в сердце это мое нормальное состояние, я не представляю, что может меня сейчас порадовать, заставить улыбнуться беззаботно и поверить в то, что завтра будет лучше, чем сейчас.

— Ты, конечно, прав. Я думаю, мы справимся без тебя, рано или поздно, твой отъезд бы наступил. Тем более туда-сюда, и ты станешь отцом, — стискиваю зубы, тяну губы в вежливой улыбке, Эмин спокойно выслушивает слова о своем скором отцовстве, никак не реагирует.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Подумай по поводу Булата, если согласишься, то я распоряжусь о том, чтобы сделали приказ о его стажировке, — встает из-за стола, берет вещи, направляется на выход. Стискиваю руки в кулаки, больно вонзаясь ногтями в кожу. Мне с трудом удаётся усидеть на месте, не кинуться следом, не придумать глупую причину, чтобы еще чуть-чуть побыть рядом с ним. Глупое сердце плачет по этому человеку, любит его безответно. Теперь понимаю, что ранее мое «люблю» — это было просто симпатия, эта любовь крепко меня держит в своих тисках, учит молчать и не просить, не требовать, а отпустить.

— Стелла! — в зал заглядывает Булат. Сразу собираюсь, выпрямляюсь, сдержанно слежу за перемещением парня. — Проходил мимо вашей конторы, решил заскочить. Слушай, сейчас время обеда, может сходишь со мною?

— Я уже обедала.