Его звезда

У меня через минуту начал дико болеть рот, но в мыслях не было его оттолкнуть. Я упивалась его дикостью, упивалась его напором, отвечала на поцелуи в его же зверской манере, голодного животного. Мы, как два первобытных человека, осознавшие влечение друг к другу. Движения языка хаотичны, дерзкие, укусы на грани боли с толикой ласки.

Его ладони обхватывают мои груди, сжимает через бюстгальтер. Стону от пронзившего меня удовольствия этой грубой ласки. Соски напрягаются, прося внимания, и пальцы сразу же их находят через тонкую ткань. Виляю бедрами, трусь об его пах, чувствуя возбужденный член. Запах секса витает вокруг нас, будоражит кровь, остается преодолеть небольшие формальности в виде нашей одежды, и я отдамся этому человеку, не жалея ни о чем.

— Шшш… — шипит Эмин, расставляя руки по обе стороны от моей головы, и отстраняется, уткнувшись своим лбом в мой лоб. Грудь его часто подымается, я тоже дышу тяжело.

— Эмин… — руки скользят с шеи, груди, позволяю себе шалость, как обвести пальцем его пупок, дальше меня удерживают его руки.

— Нет! — твердо, резко чеканит Эмин, смотря мне в глаза своими черными глазами.

— Нет?

— Нет.

— Я хоть и девственница, но понимаю, когда слова расходятся с делом, — очаровательно улыбаюсь, игриво стреляя на мужчину глазками. Лицо Эмина стало еще жестче, губы сжимаются в тонкую линию.

— Тем более нет.

— Эмин, это глупо! — откидываю его руки от себя, скрещивая свои на груди. Я злюсь, неудовлетворенная готова сейчас рвать и метать молнии, не понимая причины его отказа.

— Назови мне пять причин, почему мы не можем доставить друг другу удовольствие. Я замуж потом не попрошусь.

— Я тебе могу сто причин назвать, почему этого не произойдет, но не стану заморачиваться, — он отходит от меня, берет полотенце с вешалки. — Давай просто сделаем вид, что ничего не произошло! Это будет самым верным решением!

— Я не согласна!

— Тебе придется с этим согласится, Стелла, если хочешь, чтобы я по-прежнему оставался рядом с тобою. И знаешь, мне стоит все же съехать.

— Как-то запоздало ты об этом подумал.

— Это моя большая ошибка, — он действительно сожалеет, что не поступил так с самого начала. — Спокойной ночи! — не смотрит на меня, проходит мимо. Я осознаю, что не хочу его отъезда, не хочу находится в этом доме одна. Галина Ивановна и Гена не считались, они персонал.

Вода не успокаивает, возбуждение взбодрило, я могла сейчас сесть и поработать, но только мысли были не о работе. К себе возвращаюсь поспешно, кутаясь в полотенце. Приняв душ, обнаженной ныряю под одеяло, но сна ни в одном глазу, тело чего-то ждет. Руки сами по себе прикасаются к грудям, прикрываю глаза, представляя, что это Эмин трепетно меня изучает.