Его звезда

Между тобой и ним невозможна дружба, Стелла, как бы ты этого не хотела!

— Я не даю повода. Я держу дистанцию.

— Скажи, а зачем ты вообще общаешься с ним? Ты со всеми бывшими общаешься? Я что-то Серебрякова не вижу в твоем окружении! — швыряет в раковину вилку, отворачивается от меня, ероша волосы. Прикусила губу. Если он вспомнил Артема, дело плохо.

Подхожу, обнимаю его за талию, хотелось прижаться сильнее, но между нами уже живот. Целую его в спину через рубашку. Люблю. Очень сильно люблю. Хоть и трудно с ним.

Разница в воспитании, восприятии отношений мужчины и женщины в быту сказалась сразу же. Эмин привык, что женщина порхает вокруг мужчины, является истинной хранительницей домашнего очага. Если раньше против моей работы в фирме ничего не имел, то сейчас приходится чуть ли не ставить ультиматум, чтобы пойти утром в офис. Я помню, что папа часто с мамой обсуждали темы отпуска, выходных, просто разговаривали о планах на ближайшее будущее. У нас все решал Эмин. Пару раз я пыталась взбунтоваться, высказать свое мнение. Его выслушали, но было так, как решил мой мужчина. Это местами нравилось, я знала, что Эмин сделает все правильно и так, как нужно. Но и бесило очень сильно, мое мнение не было решающим.

— Эмин…

— Мне иногда кажется, что ты держишь его в запасе.

— Ты не прав! — поспешно отрицаю, чувствуя, как начинает пылать лицо."

"Были такие мысли, особенно, когда Эмин уезжал и оставлял указания, что делать, как себя вести. Его контроль меня давил. Когда мы не были вместе, я начинала размышлять. Любовь-любовью, но нужно было думать на пару лет вперед. Меня беспокоила наша неопределенность в плане отношений. Да, мы жили вместе, тип семья, но в тоже время не семья. Угнетало, что его родня меня не признавала. Мы о ней не говорили, именно поэтому молчанию сделала вывод, что в Грозном меня не рассматривают в качестве невестки. Каждый раз, когда звонила его мать, Эмин уходил в кабинет. Я осознала на какой шаг он пошел ради меня, от этого становилось еще тяжелее и грустнее. Скрывала от него эти тягостные думы, при нем улыбалась, смеялась, вела себя счастливой дурочкой.

— Не прав? — разжимает мои руки, поворачивает ко мне. — Хорошо. Я не прав! — достает из кармана коробочку с известным логотипом ювелирного магазина.

Прикладываю ладони к щекам, наблюдая, как откидывается крышка, и на черном бархате сверкает кольцо из белого золота с бриллиантом.

— Ты выйдешь за меня замуж?

«Да!» — все кричит во мне, а на деле медленно поднимаю глаза, с сожалением смотрю на Эмину. Он хмурится, чуть-чуть склонив голову набок. Молчание становится неприличным.

— Я не могу…

— Что?

— Я не могу выйти за тебя замуж! — заламываю руки перед собой, чувствуя, как на глаза набегают слезы. Я так ждала этого момента, это была моя заветная мечта.