Его запретная малышка

Маша стонет в голос, разбросав руки, скидывает со стола все, что не упало раньше.

— Моя сексуальная малышка, такая горячая и желанная, твоя попка сводит с ума.

Срываюсь на резкие толчки, член уже входит почти на всю длину в попку, перед глазами раскрытая киска, натираю клитор, моей девочке должно быть так же хорошо, как мне.

— Сука… я кончаю. Малышка, кончаю.

Маша дрожит, чувствую вибрацию ее тела, она кончает вместе со мной, оргазм скручивает все нутро, стенки прямой кишки сжимаются вокруг пульсирующего члена. Нас обоих колотит в сильнейшем оргазме, от крика девушки закладывает уши.

Выхожу из нее, чтоб не навредить, крепко сжимаю член рукой, сильно дергая за ствол, продолжаю кончать. Смотрю, как пульсирует ее анус, как из него вытекает сперма, а ее остатки на обнаженной и воспаленной плоти.

Кастрюля с водой все так же кипит, теперь уже вся кухня окутана паром, мы словно в тумане нашей невероятной страсти.

Невероятная девочка.

Моя девочка.

Тогда я думал, что все просто: если ты хочешь быть с человеком, то ты будешь, но я не учел одного — Дымова Мария не простая девчонка из соседнего подъезда.

Она дочь одного из богатейших и влиятельных людей страны, и мне могут оторвать не только яйца, но и голову, если я ее обижу.

Глава 24 Маша

— Маша, ты почему говоришь шепотом? Что случилось, что-то с папой?

— Дашка, да все хорошо, с папой наверняка тоже.

— А почему тогда шепчешь?

— Утро, я не одна.

— С кем? Экономка ночевала в доме?

— Даха, блин, какая экономка?

Натягивая на голое тело футболку Дениса, брошенную ночью на кухне, возвращаюсь обратно, прикрывая дверь спальни, шепчу в телефон, чтоб не разбудить своего мужчину.

Как необычно звучит — мой мужчина. Мне ужасно нравится.

На часах почти восемь утра — и чего моей беременной сестрице не спится в такую рань? Я, конечно, должна быть сейчас дома, в своей комнате, собираться на учебу или работу. Но никак не в квартире мужчины старше себя на двенадцать лет, проснувшись после ночи безудержного, откровенного, самого развратного и фантастического секса в моей жизни.

Улыбаюсь сама себе, зажимаю рот ладонью, чтоб не засмеяться на всю кухню. Достаю из холодильника холодную минералку, пью прямо из бутылки, как с похмелья. А ведь мое состояние именно на него сейчас и тянет, сексуальное похмелье.

— Маша, отвечай, где ты? Тебя надо спасать? Что случилось?

— Даша, все хорошо, я ночевала у мужчины, с мужчиной, все в порядке.

— У мужчины? Какого мужчины?

— Отличного мужчины, самого лучшего, с высшим образованием, я читала его резюме.

— Не поняла?

— Я сама ничего не понимаю, Дашка.

Нет, я не с похмелья, я пьяна от Константинова, от его рук, губ, языка, от его невероятного тела, энергетики, сексуальности, что исходит от него.