Его Вера

Губы дрожат. А глаза наполняются влагой.

Я не хочу говорить! Не хочу! Вспоминать слишком больно. Разбитое сердце. Вот что осталось мне от него.

Да сколько, чёрт побери, можно ругать себя за слабость, при этом, не говоря ни единого слова?

- Все хорошо. – попыталась сказать. Только голос сел. Едва слышен писк.

Место, куда прикоснулся любимый, все ещё болит. Будто его рука все ещё там. Что бы было, если бы я не сопротивлялась? Неужели он на самом деле такой... Зверь?

В дом меня Вадим заносит на руках. Подруга помогает снять с себя мокрую одежду и готовит горячую ванну.

Надев на себя халат, выхожу из душа. Ноги не слушаются, руки холодные, а голова разрывается от боли. Медленными шагами пытаюсь дойти до комнаты. Останавливаюсь в дверях кухни, где сидят друзья и шёпотом о чём-то говорят. Точнее, спорят.

- Это из-за него! Знаю! Уверена! - говорит подруга.

- Лик, ну, что Артём мог ей сделать? Да если даже сделал, то явно не то, чтоб она часами сидела под дождём. Артём к ней неравнодушен. И ты это прекрасно знаешь.

- Да знаю, черт его побери. Знаю, что неравнодушен. Но нет повода другого. Нет того, из-за кого она сделала бы такую глупость. Да и она неровно дышит к нему. Но настолько, чтоб сделать такое... Боже...

Я только усмехнулась на эти слова и пошла в комнату. Дальше слушать нет сил. Знали бы они, что ему просто плевать на меня. Что я для него была просто игрушкой. Влюблённой, слепой куклой. Одноразовой.

Надев домашнюю одежду. Сижу на диване в зале, закутывшись в теплое одеяло, подогнув ноги под себя и положив голову на колени.

Мне плохо...

- Верусь, - говорит друг, садясь рядом. - Я не знаю, что у вас там произошло, но не надо всё так принимать близко с сердцу.

Легко сказать. Откуда ты знаешь, какова глубина моего сердца, и что для него близко?

Но я лишь киваю.

- Это он сделал? - кивает на горло. Смотрит в сторону кухни, не хочет, чтоб Лика узнала. Наверное.

- Нет. - прячу глаза. Хочется покоя. Побыть одной. Остаться один на один с мыслями. А не отчитываться.

- Я с ним поговорю. Сегодня же. Это чересчур. - достаёт телефон с кармана. Сжимает его в руке. Лицо злое. Суровое.

- Нет. - придерживаю за локоть. - Пожалуйста. Не надо. Это наше с ним дело. Не вмешивайтесь. - глаза увлажняются. Снова."

"- Вера. Да, это ваше дело. Но и ты мне не чужая. Может недолго мы знаем тебя. Но будь ты какой-нибудь дрянью, я никогда не вмешивался бы. Пофиг было бы, понимаешь? - шёпотом говорит, смотря в глаза. - А он не такой придурок, чтоб руку поднимать на женщину. Я его много лет знаю, Вер. Может он был зол на что-то? Что случилось? Расскажи. Пожалуйста. И легче станет. И помочь смогу. Понять. Ну, маленькая, что случилось? - гладит по голове, как маленького ребёнка. Уговорить пытается.

- Мы просто поссорились, Вадь. Поссорились. Он сорвался. На что? Понятия не имею.