Его Вера

Жгут в полицейской форме. Не верю... Значит, они позировали? Ничего себе игра..

- Я в любом случае поеду, Жгут. Я рада, что ты не на его стороне. - искренне говорю. - Я не стану тебя слушать, даже не парься. Я поеду с тобой. Точка.

- Вера, - устало протирает лицо рукой. - Чего скрывать, мы знали, ты упрямая коза, не согласишься. Поехали. Вперёд. Тут не далеко.

Я часто задумывалась над словами Жгута: ""Не смей её трогать"", сказал он Тиме после первой нашей встречи со стариком. И три дня назад, на кухне, рот затыкал тому подлецу, который дискотеку устроить хотел и меня десертом сделать. Значит и рыжий ""свой"". Может они вообще не в курсе были друг о друге?

- Как он?

- Твой? Хорошо. Отличный боец, всех бы угробил. Да, только это не в нашу пользу. Пришлось потрепать его.

- Что значит ""потрепать""? Чокнутые что-ли? За что? - неосознанно повышаю голос. - Господи... Что он планирует? Старик."

"- Как ты думаешь? В гроб за собой всё состояние таскать собирается. Или же за решётку. Только хрен с два! Его крепко прикрывают. Сегодня должны расшифровать.

Очень надеюсь, что Алексей приедет вовремя. Наверное и камеры скрытые там установлены, и жучки.

Доезжаем до нужного места. В каждом углу вооружённые головорезы. Мы их видим, а они, кажется, нет.

- Здесь останови, по тачке твоей следить будут. Быстро найдут. Ни камер, ни жучков поставить не смогли. Единственное - мобильник. Хитрый урод, мать его! В последний момент адрес сказал и ни на минуту не отходил. Почуял, кажется, неладное.

Сердце сводит от страха. Но он здесь. Мой любимый. А ещё друг и рыжий. Они меня защитят - успокоить себя пытаюсь.

Мне страшно идти. Я не боюсь их. Я боюсь увидеть его избитым. В крови. Я чувствовала его боль, несмотря на расстояния.

Жгут держит меня за локоть и мы потихоньку направляемся к заброшенному месту... нечто похожее на дом. Невысокое но большое. Сердце бешено стучит в груди - готов взорваться. С заднего кармана вытащила маленький нож, подаренным Тимой, и сунула в пояс. Может пригодиться.

Головорезы хищно смотрят на меня. У дверей нас проверяют с помощью сканера. Аппарат пищит около моего живота.

Чёрт! Нож!

- Что там? - хмурится мужчина, смотрит с подозрением. - Вытащила!

- Полегче, мужик. Не гони! - рычит в ответ Жгут.

- Вот! - показываю на железную пуговицу джинсов. - Всё? Можем идти? - осуждающе смотрю на Орловского пса. Разорвать всех хочется и кормом для уличных собак сделать. Твари!

Жгут не дожидается и толкает шакала в сторону. Открывает мне путь, а сам за мной идёт. В пустом пространстве много мужчин, но знакомых только четыре.

Тима стоит в стороне, а Артём прикован к стулу, кажется, руки завязаны за спиной. Из носа течёт кровь, губы разбиты. Сердце сжимается от боли, словно острой иглой укололи. Он поднимает на меня взгляд и улыбается. Глазами.