Цветок в его руках

И тут она удивила его, вернувшись к вопросу:

– Знаешь, я сама не представляю, почему не боюсь тебя, щеголь, но позволю себе предположить: ты так красив, что я почти ничего не замечаю, кроме этого. Или потому, что мне сразу стало ясно: ты не убийца. Ты несколько раз мог пристрелить меня, но не сделал этого. Но главное – ты не ударил меня в ту ночь в холмах, хоть и замахнулся. И это доказало, что ты не ударишь женщину. Вот тебе мой ответ.

Но Диган не услышал почти ничего, кроме того, что он красив, и удивился, насколько это ему понравилось.

Глава 21"

"Макс увидела, как мимо отеля проехал Джейкоб Рид. Он был один, и очевидно, не торопился, рассматривая обе стороны оживленной улицы, по которой спешили люди. Похоже, он высматривал кого-то. Конечно, Дигана можно было заметить и в квартале отсюда, если Рид искал именно его. И судя по сказанному Диганом, она не сомневалась, что Рид делал именно это. Но почему он один? Или решил, что Диган его не помнит? Вполне возможно, потому что в самом Риде не было ничего выдающегося. Лохматые каштановые волосы, густые усы, худоба и не слишком высокий рост. Зато его белый жеребец уж точно был запоминающимся.

– Твой друг, кажется, кого-то ищет, – заметила она.

– Он не друг, – коротко бросил Диган.

Вид у него был отстраненный. Неужели все еще размышляет над их беседой? Она до сих пор удивлялась, что они вообще поговорили. Или упоминание о Риде вновь пробудило испытанный прошлой ночью гнев, когда она призналась, что хотела бы увидеть его в поединке. Впрочем, можно и спросить.

– Ты уже не злишься на меня?

– У меня злой вид?

Макс фыркнула. Будто сам не знает, что обычно по его виду ничего нельзя сказать!

– Не стоит злиться из-за того, что я хотела бы увидеть тебя в действии. Не то чтобы я считала, что ты не победишь. Разве что твоим противником стану я, – улыбнулась она.

– Давай, бери пистолет.

– Правда?

– Ты знаешь, где он.

Она была в таком восторге, что выиграла в споре! Ей даже не пришло в голову задаться вопросом, почему он вдруг позволил ей взять оружие. Макс метнулась в угол, взяла пистолетный ремень, надела, порылась в его саквояже в поисках «кольта», сунула его в кобуру, и повернулась к Дигану. Он тоже обернулся, все еще стоя у окна, на фоне яркого света, что было для нее невыгодно. Но она видела его пистолет: он откинул полу пиджака, открыв оружие. Она действовала быстро – все-таки два года практики, – но никогда не участвовала в настоящих поединках. А Диган был воплощением опасности. Он стоял, выжидая, – холодный и совершенно бесстрастный.

На лбу Макс выступил пот. Это не так просто, как ей казалось! Она хотела быть проворнее его. Быстрее. А вдруг это не так? И ее пистолет не заряжен. В отличие от его пистолета.